Последние слова волхв произнес в сильном волнении и даже остановился, взяв юношу за плечо и пристально глядя ему в глаза, словно вдавливая смысл произнесенного своим пронзительным взглядом.
– Если я увижу, что жизнь твоя в опасности, – вновь заговорил Велегаст, высекая тяжелые слова, – бесценная жизнь одного из внуков Даждьбога, я ни одной секунды не буду сомневаться, чтобы уничтожить этих слуг Чернобога, – он махнул посохом туда, где остались лежать погребенные византийцы, – ни тысячи, им подобных!
Велегаст с силой стукнул посохом о землю, как будто злился на самого себя.
– Ни единой секунды! – еще раз выкрикнул он. – Их мольбы о пощаде для меня просто не существуют! Их змеиные уста скажут все, что угодно, лишь бы сохранить свои черные души. Сохранить, чтобы потом нанести тебе новый подлый удар.
Волхв сильно встряхнул отрока за плечо, надеясь, наверное, что перепутанные мысли в голове юноши улягутся после этого на место.
– Ведь мы были на волосок от смерти! – Велегаст продолжал вколачивать слова в освободившееся после встряски место. – И остались живы только потому, что они ничего о нас не знали. Они думали: старик и мальчишка – пара ударов ножом, – вот и все дело. А оставь в живых этого Длиннорукого, они бы уже все знали про нас; все наши слабые и сильные стороны. И в следующий раз нам бы приготовили другую смерть; что-нибудь похитрей. Удар ножом в спину среди толпы или стрелу, пущенную из-за угла.
– Откуда ты знаешь это? – изумился отрок.
– Этот Длиннорукий, когда просил о пощаде, так сильно меня ненавидел, – усмехнулся волхв, – что прочитать его мысли мне не составило никакого труда. Он говорил одно, а сам уже думал, как отомстит мне и как он убьет нас в следующий раз.
– А как же клятвы? Если бы клятву с него взять, что он больше никогда…
– Клятвы в их устах ничего не стоят! – перебил Велегаст. – Ты помнишь, как погибли Бус Белояр и его брат Златогор? Коварные готы клялись им в мире и дружбе, а потом обманом напали и убили, и с ними убили еще многих славных князей. Королю ругов[17] Одоакру тоже готы клялись в мире и дружбе, а потом на пиру его пронзили мечом и перебили всех его людей. Народам, которые созданы силами Тьмы, нельзя верить, ибо они произносят клятвы только для того, чтоб верней обмануть.
– А при чем здесь готы?
– При том что разницы между готами и византийцами никакой, – рассердился волхв. – Что те, что другие спят и видят, как прибрать Русь под свою руку. И византийцы тоже большие мастера в коварстве и обмане.
Старец схватил юношу за руку и потащил его дальше по дороге к восточным воротам города.
– А как же «Закон Просвещения»? – продолжал недоумевать отрок. – Ведь ты же сам говорил, что за каждым человеком справа идет Белобог, пытаясь склонить его к хорошим делам, а слева – Чернобог, заставляя людей совершать плохие поступки, и что преступники – это те, кто перестал слышать своего Белобога. Ты же говорил, что если такому человеку дать Слово Божье и просветлить его душу, то он снова сможет слышать голос Светлых Богов и жить по законам Прави.
– Да это так, – голос Велегаста снова был спокоен. – Если человек оступится, прельстившись лукавыми речами черной колдуньи Путаны, или его заставят иные слуги Чернобога отречься от Законов Прави, то такого человека можно и должно спасти. Но чем дольше душа служит силам Тьмы, тем трудней донести до нее истинный свет, тем трудней обратить ее снова к Светлым Богам. Такая душа становится подобна бесплодному камню, и нужно потратить очень много времени, чтобы в ней появились первые ростки божественных истин.
Волхв замолчал, размашисто шагая по пыльной дороге. Он больше не оборачивался на отрока, но выражение его лица говорило, что он продолжает мысленный спор с кем-то невидимым, кто вместо назойливого юноши все продолжает кидать ему новые и новые вопросы.
– Что касается Длиннорукого, – вырвался внезапно из уст старца обрывок этого спора, – то я не увидел в его душе ни единого проблеска Света. Зерна Священных законов не могут прорасти там, где уже взошли и пустили глубокие корни всходы Вечного Зла.
17
Руги, или руты, – славянское племя, известное со времен Древнего Рима. Рутения – одно из названий Руси. Ярослава Мудрого на Западе часто называли королем ругов, а его дочь Анну Ярославну – королевой ругов. Руги отличались высоким ростом, необычайным мужеством и силой в бою, носили красные плащи – кисы.