Вопросов накопилось чересчур много, а ответов не было.
Мы снова поехали. Минут сорок прошли нормально, и я почти успокоилась, любуясь чудесными пейзажами и открывающимся перед глазами простором.
На удобном ровном участке мы перешли в галоп, и вдруг Сашина лошадь шарахнулась, испугавшись чего-то, и едва не наскочила на Шушу.
Ну а Шуша, и без того нервничающая, взбрыкнула. Я хотела ее удержать, но неловко дернулась и чуть было не вскрикнула от острой, пронизывающей боли в колене. Наверное, поэтому я и наклонилась к шее лошади, а она кинулась прочь из строя и помчалась вперед.
Такое ощущение, что мирная и тихая Шуша внезапно обезумела. Или подо мной оказался кто-то иной, незнакомый и опасный. Я держалась изо всех сил. В лицо бил ветер, все было смазанным и размытым, как на картинах импрессионистов[16]. Мы мчались, не разбирая дороги, и сначала мне было даже не страшно. Сердце буквально превратилось в ледышку и застыло в груди, а мир вокруг перестал существовать.
«Я все испортила! – крутилась в голове мысль. – Теперь нам начислят штрафные очки».
Странно, но в тот момент я вообще не думала, что могу упасть – сломать ногу или шею, – я жалела только об одном, что подвела команду. Дима прав, таких, как я, нельзя не то что пускать на лошадь, даже подпускать к ней близко.
– Вольт! Мира! Выводи на вольт! – ворвался в мою уже полную страха и боли вселенную голос Дениса.
Я вспомнила, как Настя учила меня останавливать лошадь, выводя ее на вольт, то есть на круг, постепенно замедляя. Я трудом перевела дыхание и начала делать все так, как на занятиях.
Повернуть голову к хвосту, чтобы вывести на круг… Шуша опытная лошадь, пусть она сейчас испугана, но должна вспомнить привычные упражнения.
Мы пошли на вольт.
«После полувольта лошадь переводится на рысь», – говорила Настя. Это, разумеется, в спокойной обстановке на занятиях, но уроки очень пригодились сейчас. Я попыталась выполнить ее инструкции. Краем глаза я видела Дениса. Он держался неподалеку, но все же на некотором расстоянии: очевидно, боялся напугать Шушу еще сильнее.
– Молодец, Шуша. Молодец. Ты все делаешь правильно, – повторяла я в надежде, что звук голоса утихомирит лошадь.
К счастью, это сработало. Мы сделали круг, постепенно сбавляя скорость. У меня получилось! Но я не ощущала облегчения – только странную пустоту, будто застыла над пропастью.
Денис спешился и жестом показал мне последовать его примеру.
Я неуклюже спрыгнула с седла и покачнулась.
– А теперь говори, что у тебя с ногой! – потребовал он, глядя мне в лицо.
Я понурилась.
– Ну?
Делать нечего. Я сняла крагу, закатала брючину и предъявила колено. Выглядело оно не очень. Гораздо хуже, чем утром.
– Ты ненормальная, – вздохнул Денис. – Это факт. Я тебя еще в самом начале спросил, а ты ответила, что в порядке.
– Я думала, что…
– Ты думала?.. Да у тебя вообще головы на плечах нет, – оборвал он меня.
Вокруг нас уже собралась вся команда.
– Мира. – Дима серьезно оглядел меня. – Сейчас мы поедем обратно в лагерь.
– Но почему? Я лишь ободрала кожу… колено немного припухло. Обычная ссадина… – тихо возразила я. – Я справлюсь. Просто Шуша испугалась…
– Сперва перебинтуем твою ногу. – Дима достал аптечку. – У меня есть бинт с силиконовой вставкой, он смягчит соприкосновение… Ты понимаешь, что подвела команду?
Я сглотнула. Сказать тут нечего.
– Все хорошо, Дим, – вмешался Денис. – Готов поспорить, что и ты бы в таком случае не отказался от соревнования. Признавайся.
Дима промолчал, но возмущенно сопел, занимаясь моей ногой, а я морщилась: сначала от жжения антисептика, а после – от соприкосновения с бинтами. Но, надо сказать, полегчало.
– Как ты? – Денис присел напротив меня.
– Нормально… – ответила я и опомнилась: – Гораздо лучше, правда. И… я бы хотела дальше ехать с вами. Нога почти не болит, я буду очень осторожной. Ничего ведь не случилось…
– Ага, типа того… – Денис встал и, отозвав в сторону Диму, принялся вместе с ним что-то обсуждать.
Разговор был недолгим, вскоре он вернулся и сказал:
– Мы едем дальше. И так потеряли время. Мира, держись возле меня. Ясно?
Я с благодарностью кивнула и покосилась на Диму. Он хмурился и даже не смотрел в мою сторону.
9
Попутный ветер
Дальнейший путь, к счастью, прошел без происшествий. Мы прибыли к ограде парка, где обнаружился пластиковый столик с сидевшим за ним вожатым.
16
Направление в живописи, появившееся во Франции в последней трети XIX века. Художники-импрессионисты хотели запечатлеть окружающий мир, основываясь на своих непосредственных впечатлениях.