Выбрать главу

Колени ее подогнулись, и, не поддержи ее вовремя Диверелл, она бы упала в обморок.

– Вы, очевидно, полагаете, что лорд Пендлтон встречается где-нибудь со мной, но поверьте, я впервые в Лондоне и…

– Приношу вам, мисс Смит, самые искренние извинения – я действительно не сразу вспомнил, кто вы. Видите ли, мой друг, лорд Пендлтон, решил оживить мое, как он выражается, «бесконечно унылое существование» знакомством с милыми ему дамами. Первая встреча такого рода и должна была состояться сегодня утром.

Фиби уже собралась выступить с уничижительными замечаниями, но, подняв взгляд, увидела, что глаза Диверелла искрятся смехом. К своему ужасу, она почувствовала, что и сама вот-вот расхохочется. С трудом подавив это желание, она твердо сказала:

– Это какой-то кошмар! Прямо не верится, что я участвую в подобном разговоре, милорд!

– Вполне естественное для гувернантки замечание, но неуместное в данный момент. И я никогда не поверю, что до сих пор вы не привлекали к себе внимания мужчин.

Ноги Фиби подогнулись, она бессильно опустилась на тахту. Можно ли назвать вниманием отношение к ней мужчин, стоившее ей двух предыдущих мест работы?

– Не понимаю, что вы хотите этим сказать.

– Если не понимаете, значит, недостаточно часто смотритесь в зеркало, – произнес он мягко. – Лично я нахожу вас… интересной.

– Вы, сэр, верно, и в самом деле ведете унылое существование, если можете находить что-то интересное во внешности гувернантки опекаемых вами детей. К тому же я явилась сюда вовсе не для того, чтобы обсуждать… Что вы делаете?

Диверелл осторожно обхватил подбородок Фиби своей большой рукой и повернул ее лицо к себе.

– Вы, по-видимому, в порядке самозащиты решили на каждом шагу напоминать мне, что являетесь гувернанткой. И поэтому нарядились в такие мрачные тона.

– Почему же «мрачные»? Все – коричневое. Шляпка, накидка, туфли, платье, даже волосы.

– Вы забыли глаза, – заметил он, глядя прямо в них.

– Они тоже весьма распространенного карего цвета, – прошептала она, сглотнув от подступившего к горлу волнения, но будучи не в силах отвести взор от Диверелла. – Обычные глаза, каких много.

– Обычные? Каких много? С этими-то длинными ресницами? О нет, мисс Смит, они полны огня, который может сжечь мужчину, не проявляющего должной осторожности. А в волосах у вас словно играет солнечный луч. Сложения вы безупречного, рот – изысканнейшей формы, – он повернул ее лицо в сторону, – а профиль, несмотря на решительный подбородок, замечательный.

Фиби, глубоко взволнованная его тихой, ласковой речью, покраснела как маков цвет. Никогда никто не говорил ей ничего подобного. Фиби бы следовало возмутиться, но она и не думала протестовать. Напротив, ей хотелось слушать еще и еще.

– Милорд…

– Успокойтесь, мисс Смит, – сказал он внезапно совсем иным тоном, отнимая руку от ее подбородка. – Я не хотел вас смущать.

– Я и не думала смущаться.

– Ах вот как! То-то кровь отлила от ваших щек. – Легким движением он поднялся на ноги. – Но ничего. Глоток бренди поможет вам прийти в себя.

Наблюдая за Дивереллом, который, приблизившись к маленькому столику в глубине комнаты, стал наполнять бокалы, нахмурившаяся Фиби поймала себя на том, что затаила дыхание: ей показалось, что в его могучих руках хрупкой хрустальной посуде угрожает опасность. Но нет! Все обошлось, и она поняла – в опасности лишь ее нервы. На минуту она даже запамятовала, что именно собиралась сказать Дивереллу. И внезапно ее осенило: хотя ему не чужды эмоции, он умеет их сдерживать, в отличие от своих сородичей, любые свои настроения выплескивающих наружу. Резкие очертания рта, проницательность взгляда свидетельствовали о силе воли и решимости. Этому человеку несомненно приходилось смотреть смерти в глаза – и он выжил.

А она явилась сюда поучать его!

Фиби моргнула, отгоняя от себя эти мысли. Да что с ней такое происходит? Она же приехала сюда с определенной целью – отчитать Диверелла, как она уже целых два года отчитывает его младших родственников. Они, правда, редко прислушиваются к ее словам, но ведь она перед ними не робеет.

Стараясь восстановить свое хладнокровие, девушка взяла предложенный Дивереллом бокал, решительно поставила его на столик и поднялась на ноги.

– Бренди мне ни к чему, – заявила она самым строгим гувернантским тоном. – И пора нам обратиться к цели моего визита. Я могу понять, что, находясь за пределами страны, вы постарались возложить заботу о ваших подопечных на посторонних людей, но ведь сейчас положение изменилось.

Диверелл поднял брови и холодно взглянул на гостью.

– Садитесь, пожалуйста, мисс Смит. Как мне представляется, ваш визит не будет коротким.

– А вам хотелось бы его укоротить? – Она села, хозяин последовал ее примеру.

– Не подумайте Ничего плохого, мисс Смит, против знакомства с вами я не возражаю. Но если вы явились только затем, чтобы пожаловаться на молокососов, то не проще ли было бы написать мне письмо, чем ехать сюда из Сассекса?

– Я писала. За последние три месяца я отправила вам восемь писем.