— Правильно. — Мне представилось крошечное живое пятнышко, погруженное в уютный полумрак матки.
— Все нормально, Лора?
— Что? Да… конечно. Продолжай.
Он перевернул страницу.
— Как на хинди называется Индия?
«Синд? — подумала я. — Нет, это область… На хинди… начинается с «бэ», точно… «бэ»… «бэ»… «бэ»…»
— Бхарат, кажется?
— Правильно.
— Мы охватили все области? — спросила я, когда мы прошли все шестьдесят вопросов.
Дилан кивнул:
— Все. — Он глубоко вздохнул. — История, политика, наука, литература, религия, философия, география, монархия, классическая музыка, поп-музыка, развлечения, архитектура, балет, искусство и спорт.
— Исчерпывающе.
— Ты довольна сценарием?
Я быстро просмотрела его.
— Выглядит неплохо.
— Лора, машина пришла! — услышала я иерихонский голос Нэрис. Я взяла сумку.
— Ты со мной, Дилан?
Он схватил кожаную куртку и шлем.
— Нет, увидимся там — я на мотоцикле.
— Будь осторожен на этом своем мотоцикле! — крикнула Нэрис ему вдогонку, когда он выходил. — Непременно будь осторожен!
— Да, Нэрис. Как и всегда.
Когда я проходила мимо стола Нэрис, она протянула мне большой конверт:
— Это список конкурсантов. Сара утром, прежде чем отправиться в студию, попросила меня передать тебе.
— Спасибо. Загляну по пути.
— Удачи, Лора. — Она посмотрела на меня оценивающе. — Нет, твой тип точно «лето». А этот цвет не гармонирует с цветом твоей кожи. До-оброе утро. «Трайдент ти-и-ви-и»…
Студия, которую мы используем, располагается в Актоне, так что путь от Ноттинг-Хилла не занимает много времени. Но в этот день из-за непогоды движение было медленным — снег превратился в проливной дождь. В Уайт-Сити мы стояли минут десять, потому что кого-то, как назло, угораздило сломаться, потом нарвались на дорожные работы, а водитель принялся разглагольствовать о Кене Ливингстоне[15] и о том, что он хотел бы с ним сделать, — только тогда я вспомнила о списке. Я не встречаюсь с участниками заранее — их прослушивает Сара, — но сегодня получила краткую биографию каждого из них. Я как раз собиралась открыть конверт и прочитать четыре имени, краткое жизнеописание их владельцев, об их достижениях, хобби и прочем, когда зазвонил мой мобильный. Я порылась в сумке.
— Лора! — Это была моя старшая сестра Фелисити. Она любит поговорить — и, к сожалению, на единственную тему. Я успокоила себя. — Угадай, что Оливия обнаружила сегодня утром? — Она так и затаила дыхание в предвкушении.
— Дай подумать, — ответила я, выглядывая в окно. — Лекарство от рака? Жизнь на Марсе? Квадратный корень гипотенузы?
Последовало насмешливое фырканье. Неудовлетворенный смех. «Не будь дурой, Лора. Не то».
— Ну что она там обнаружила? Расскажи мне.
— О, это так очаровательно — ступни!
— В самом деле? — сказала я, когда мы подъехали к пешеходному переходу. — Где?
— На конце своих ножек, естественно!
— А разве не там они обычно находятся?
— Да, но дети-то об этом не знают, правильно? Они вдруг обнаруживают их примерно в шесть месяцев и так завороженно смотрят! Я просто хотела поделиться с тобой. — Я подавила зевок. — Понимаешь, сегодня утром, когда я ее пеленала, она булькала и улыбалась мне в своей восхитительной манере — просто смотрела на меня и улыбалась. Правдаты-моякуколкасладкаядеточка? — засюсюкала она, словно наглотавшись гелия. — А потом вдруг посмотрела на ступни таким очень сосредоточенным взглядом, схватила их и начала с ними играть. Это было так умильно… просто перебирала пальчики на ножках… Ты меня слушаешь, Лора?
— Да… да, слушаю.
— Ну разве не очаровательно? — Я подумала о микроскопическом пятнышке, о том, как клетка разделяется и умножается вдвое.
— Просто чудо. — Я выглянула в окно.
— Ну скажешь тоже. Впрочем, мы миновали хоть и маленькую, но важную веху, — с гордостью добавила Фелисити. — А вот то, что она это сделала на месяц раньше, ведь Оливии только пять месяцев и три дня, просто фантастика. Твоя племянница башковитая. Правдамоесладенькоеличи-коукоготакоеличико? — Ее голос вдруг снова повысился на две октавы. — Тыкрасотулечкамояумницаразумница!
— Стало быть, сказывается польза грудного вскармливания, — произнесла я с таким энтузиазмом, какой могла изобразить.
— О, абсолютно. Они, безусловно, развиваются быстрее.
— Я бы не сказала, Флисс.
— Я знаю, — возмущенно парировала она. — Ты только подумай, насколько умнее могли бы быть мы с тобой! Боже, она только что срыгнула на меня… подожди. Ничегомояла-пунечкасладенькаядевочкавсевпорядке. Да где же этот муслин? Никогда нет под рукой, когда нужно… Черт, черт, черт, — о, вот он… Лора? Лора, ты слушаешь?