Релятивистская гносеология абсолютизирует ограниченность познавательного процесса, видя в ней не просто одну из существенных его характеристик, но, так сказать, основное содержание знания. Эта гносеология не видит, как признание ограниченности знания оказывается началом ее преодоления. Исторически развивающееся познание диалектически отрицает собственную ограниченность. Деформация отражения, конечно, никогда полностью не устраняется, но, коль скоро она осознается, достигается все более точная оценка содержания знания. Таким образом, развиваемая В.И. Лениным марксистская гносеология есть не только критический анализ ограниченности содержания (и формы) знания, но и исследование путей преодоления этой ограниченности, исследование «живого, плодотворного, истинного, могучего, всесильного, объективного, абсолютного, человеческого познания»[81]. В этом суть той диалектики познания, единства, тождества противоположностей, о которой говорил В.И. Ленин в приведенном выше высказывании о неизбежности «огрубления», «омертвления» оригинала в «копиях».
С этих позиций В.И. Ленин определяет предмет гносеологии. «В теории познания, как и во всех других областях науки, следует рассуждать диалектически, т.е. не предполагать готовым и неизменным наше познание, а разбирать, каким образом из незнания является знание, каким образом неполное, неточное знание становится более полным и более точным»[82]. Гносеология, следовательно, исследует закономерности развития познания, то есть специфический диалектический процесс, его внутренние противоречия, отрицание как закономерную ступень развития знания, скачкообразный переход от одного уровня знания к другому и т.д. Гносеология рассматривает результаты познания как включенные в его дальнейшее развитие и, значит, подлежащие дальнейшему изменению, если не непосредственно, то опосредованным образом, то есть под влиянием новых знаний. Теория познания диалектического материализма относится к истории познания, как логическое к историческому вообще: она есть его теоретическое подытожение, неизбежно ограниченное наличным историческим уровнем познания, но столь же закономерно преодолевающее эту ограниченность, поскольку история продолжается. Именно поэтому В.И. Ленин указывал в «Философских тетрадях», что дальнейшее развитие теории познания неотделимо от теоретического обобщения истории отдельных наук, в частности истории умственного развития ребенка, истории языка, физиологии органов чувств и т.д. В наше время имеется немало новых научных дисциплин, и философское осмысление их истории и методологии обогащает диалектико-материалистическую гносеологию.
В статье «Карл Маркс» В.И. Ленин конкретизирует приведенное выше определение предмета марксистской гносеологии, связывая его с принципом совпадения диалектики, логики и теории познания. Диалектика, указывает он, «включает в себя то, что ныне зовут теорией познания, гносеологией, которая должна рассматривать свой предмет равным образом исторически, изучая и обобщая происхождение и развитие познания, переход от незнания к познанию»[83]. Следует подчеркнуть, что переход от незнания к знанию совершается на любой ступени познания, поскольку противоположность незнания и знания диалектична, то есть наличествует в самом содержании знания в силу имманентно присущей ему определенности, не говоря уже об его относительности, неполноте, исторической ограниченности, осознание которой обычно достигается лишь в процессе его последующего развития. Классический пример этой диалектики – переход от эвклидовой геометрии к неэвклидовой, от классической физики к теории относительности и квантовой механике. Для неэвклидовой геометрии было характерно незнание определенных свойств пространства, для классической физики – незнание определенных свойств массы, движения, пространственно-временного континуума. Если бы все эти свойства материального мира были известны создателям эвклидовой геометрии и классической физики, обе эти науки не были бы созданы. Следует, однако, заметить, что такая парадоксальная ситуация невозможна, так как «неэвклидовые» и «неклассические» свойства объективной реальности были выявлены лишь благодаря развитию эвклидовой геометрии и классической физики.