Гегель правильно критиковал творцов метафизических систем XVII века за то, что они извне приписывают бытию его основные, онтологические определения. Необходимо, доказывал Гегель, логически вывести эти определения как определения имманентно развивающегося бытия. Такая постановка проблемы, несмотря на заключающийся в ней диалектический подход, не привела Гегеля к историческому пониманию онтологического. Между тем эпистемологический историзм характеризует всякое знание (в том числе и знание онтологических определений бытия) как заключающее в себе двоякое отношение: отношение к познаваемому объекту и отношение к предшествующему уровню познания. Иными словами, познание объекта представляет собой определенный уровень развития познания. Поэтому и любые онтологические определения объективно существующего должны рассматриваться как ограниченные уровнем достигнутого знания и, следовательно, подлежащие изменению, исправлению и т.д. Таким образом, философия марксизма гносеологически интерпретирует онтологию и всякое знание вообще, предотвращая тем самым его превращение в догму, стимулируя его дальнейшее развитие.
Философия марксизма, отвергая гносеологический скептицизм, отвергает вместе с тем и иллюзию, будто бы в философии содержится больше абсолютных истин, чем в частных науках. Скорее наоборот, ибо предметом философского исследования являются те формы всеобщности, целостности, единства, которые в науках разделяются на части, ограниченные области исследования и тем самым становятся более доступными познанию. Но всеобщности, целостности, единства, которые составляют предмет философии, представляют собой не абстракции, а конкретное, расчленяемое частными науками и воссоединяемое философией. Отсюда следует, что философия как позитивная система знаний основывается прежде всего на данных частных наук, которые плодотворно исследуют качественно определенные фрагменты тех целостных системных реальностей (природа, общество, человек, познание и т.д.), которые философия стремится постигнуть в их единстве.
Все эти соображения о диалектико-материалистическом понимании философии как системы могут быть пояснены примером, который мы находим у Энгельса. В «Диалектике природы» Энгельс, подытоживая рассуждение о бесконечном и его познании, пишет: «Бесконечное столь же познаваемо, сколь и непознаваемо…»[147]. Значит ли это, что философия фатально осуждена оставаться на полпути к истине? Такой вывод, как известно, делают сторонники «новой онтологии» Н. Гартмана и многие другие буржуазные философы. Что же касается приводимого нами положения Энгельса, то смысл его существенно иной. Речь идет, во-первых, о неисчерпаемости бесконечного, то есть о том, что все, что в нем остается непознанным, есть также бесконечное. Во-вторых, Энгельс, как это видно из его рассуждения, рассматривает познание конечного и познание бесконечного как, в сущности, единый процесс. Он говорит: «…всякое действительное, исчерпывающее познание заключается лишь в том, что мы в мыслях поднимаем единичное из единичности в особенность, а из этой последней во всеобщность; заключается в том, что мы находим и констатируем бесконечное в конечном, вечное – в преходящем»[148].
Единство между познанием отдельного, преходящего, конечного и познанием всеобщего, вечного, бесконечного осуществляется, с одной стороны, в каждой частной науке, а с другой – в философии, поскольку она выступает как наиболее общая форма теоретической интеграции знания, как специфическое подытожение истории познания. Этим определяются исторические границы научно-философской системы знаний. Поскольку эти границы осознаются и преодолеваются путем обобщения новых научных данных и нового исторического опыта, философия развивается, подымается на новую, более высокую ступень знания. Этот путь прогресса не знает самодовольного самоудовлетворения; философия всегда находится в пути.
Итак, философия марксизма отвергает всякую претензию на абсолютное знание, отличая, однако, от последнего абсолютные истины – конкретное знание, предметом которого может быть не только единичное, частное, но и всеобщее. Конкретное есть единство различных определений. Абсолютная истина есть конкретная истина, или единство относительных истин. В.И. Ленин пишет: «Каждая ступень в развитии науки прибавляет новые зерна в эту сумму абсолютной истины, но пределы истины каждого научного положения относительны, будучи то раздвигаемы, то суживаемы дальнейшим ростом знания»[149].