«Замечательно: К „идее“ как совпадению понятия с объектом, к идее как истине, Гегель подходит через практическую, целесообразную деятельность человека. Вплотную подход к тому, что практикой своей доказывает человек объективную правильность своих идей, понятий, знаний, науки».
Теоретическое обобщение исторического опыта, общественной практики – закон развития марксизма-ленинизма. Одной из важнейших задач философов-марксистов является осмысление, подытожение неисчерпаемого богатства практики коммунистического строительства и всей совокупности исторического опыта современной эпохи. Решение этой задачи, непосредственно вытекающей из исторических постановлений XXV съезда КПСС, предполагает дальнейшее развитие диалектико-материалистического учения о практике как основе познания и всей общественной жизни вообще.
Философия марксизма раскрыла многообразие практики, ее гносеологическую, социально-экономическую, общественно-политическую, революционную функции, ее универсальное содержание и всеобщее значение, которые по-разному, специфическим образом проявляются в материальном производстве, социальных преобразованиях, познании, художественном творчестве, в любых человеческих действиях вообще. Диалектико-материалистическое учение о практике существует и развивается как критическое обобщение всей истории познания, истории философии в первую очередь. Именно поэтому марксистское историко-философское исследование может и должно быть специфической формой развития философского знания, значение которой трудно переоценить. Эта далеко еще не получившая должного признания истина блестяще подтверждается всей историей марксизма. Работа К. Маркса «К критике гегелевской философии права. Введение», в которой формулируются исходные положения диалектического и исторического материализма, «Людвиг Фейербах» Ф. Энгельса, «Философские тетради» и «Материализм и эмпириокритицизм» В.И. Ленина – все это, как известно, историко-философские исследования.
Эти методологические соображения позволяют глубже понять указание В.И. Ленина о необходимости дальнейшего исследования и материалистической переработки диалектики Гегеля, высказанное в работе «О значении воинствующего материализма». В.И. Ленин не считал задачу материалистической переработки гегелевской диалектики завершенным делом. Напротив, он продолжал и в этом отношении дело Маркса и Энгельса. Ленинский анализ философии Гегеля выявил новые, ранее остававшиеся в тени фундаментальные положения гегелевского метода. К ним прежде всего относится гегелевское понимание сущности практики.
В.И. Ленин отмечал, что диалектический идеализм ближе к диалектическому материализму, чем материализм метафизический, антидиалектический[231]. Эта ленинская мысль, по-новому освещающая отношение преемственности в развитии философии, непосредственно относится к учению Гегеля о практике. Следует, впрочем, отметить, что уже И. Кант выдвинул положение о примате практического разума по отношению к теоретическому разуму. И хотя практическим разумом Кант называл нравственное сознание, понятие чистого практического разума выходило за границы этики. Речь ведь шла также о том, что имеются важнейшие философские проблемы, решение которых осуществимо лишь практическим путем.
Фихте – непосредственный продолжатель Канта – утверждал, что «не теоретическая способность делает возможной практическую, а наоборот, практическая – теоретическую (что разум по своей сущности только – практичен и что он лишь через применение своих законов к ограничивающему его Не-я становится теоретическим)»[232]. Наукоучение Фихте – философия идеалистически понимаемой практики.
Еще дальше идет Гегель, который рассматривает мышление как всемогущую, все созидающую «абсолютную идею». Практика, с этой точки зрения, представляет собой не только человеческую субъективную деятельность. Практика, так сказать, выше человека; она, подобно мышлению и разуму, характеризуется как субстанциальная деятельность, которая, опосредствуя фундаментальную противоположность мышления и бытия, осуществляет их диалектическое тождество. Эти невразумительные на первый взгляд идеалистические положения заключают в себе, однако, весьма важный вывод: противоположность между духовным и материальным преодолевается практикой. Практика, которая характеризуется как сущность «абсолютной идеи», содержание космогенеза и всего развития универсума, есть единство материального и духовного, их диалектическое тождество. На языке Гегеля это звучит так: «Абсолютная идея есть прежде всего единство практической и теоретической идеи и, следовательно, вместе с тем единство идеи жизни и познания»[233].