33. 1978 № 7 (стр. 135 – 146).
Размышляя о предстоящем философском конгрессе
Последний всемирный философский конгресс состоялся пять лет назад в Варне. Точнее говоря, это был первый Международный философский конгресс, ставший всемирным, так как в нем участвовали философы всех частей света. Философы-марксисты были наиболее активными участниками этого конгресса. Это объясняется отнюдь не тем, что конгресс происходил в социалистической стране. Ведущая роль философии марксизма на Варненском конгрессе – закономерное развитие процесса, очертания которого начали вырисовываться гораздо раньше. Акад. П.Н. Федосеев, подводя итоги XIV международного конгресса, состоявшегося десять лет назад, писал, что «Венский конгресс свидетельствует о значительном возрастании влияния философии марксизма. Конечно, и на предыдущих конгрессах марксисты активно выступали, оказывали большое влияние. Однако на этих конгрессах господствующее положение занимали неотомисты, христианские спиритуалисты и экзистенциалисты. Иной характер носила ситуация на XIV конгрессе»[265].
В наше время всемирно-историческое значение марксизма нередко вынуждены признавать и его противники. Марксизм, говорит, например, видный бельгийский философ-идеалист А. де Валланс, «является в настоящее время единственной политической философией, которая обо всем судит с чувством ответственности, единственной философией, говорящей от имени фактов, рассматривающей все факты, единственной философией, которая понимает, что нельзя отделить друг от друга политику и историю»[266]. Пятилетие, прошедшее со времени Варненского конгресса, выявило тенденцию, которая, по нашему мнению, в определенной степени связана с возрастающим влиянием марксизма.
В кулуарах различного рода симпозиумов и философских конференций, имевших место за этот период, некоторые видные западные философы обсуждали вопрос, не следует ли вообще отказаться от практики проведения всемирных философских конгрессов, как якобы не оправдавших себя. Не следует ли ограничиться философскими симпозиумами, посвященными достаточно узкой проблематике? С нашей точки зрения, противопоставление симпозиумов всемирным философским конгрессам не выдерживает критики. Симпозиумы, на которых собирается сравнительно небольшое количество участников – специалистов по определенной философской проблеме, безусловно необходимы. Но они никоим образом не могут заменить всемирного философского форума, подытоживающего развитие современной философской мысли.
Предстоящий философский конгресс существенно отличается по своей тематике от предшествующих. Его основная тема «Философия и мировоззренческие проблемы современных наук» свидетельствует о том, что международный форум философов сделает предметом дискуссии философскую проблематику наук о природе и обществе. Известно, что многие западные философы вообще отрицают наличие в науках философских, методологических проблем. Некоторые из них отвергают само понятие мировоззрения как якобы лишенное объективного содержания. Философия в ракурсе этой антимировоззренческой концепции трактуется как специальная дисциплина, исключающая любые мировоззренческие посылки или выводы[267]. Таким образом, основная тема предстоящего философского конгресса предполагает (если не прямо, то косвенно) положительное отношение к мировоззрению как специфическому духовному феномену и, в частности, признание возможности и необходимости мировоззрения в науке, иными словами, научного мировоззрения.
Фундаментальные науки недвусмысленно высказались против мировоззренческого нигилизма. Вспомним, что М. Планк, основоположник квантовой механики, утверждал в докладе «Физика в борьбе за мировоззрение»: «Мировоззрение исследователя всегда будет определять направление его работы»[268]. В наши дни выдающиеся естествоиспытатели нередко подчеркивают значение научно-философского мировоззрения марксизма. Так, английский биолог К.X. Уоддингтон, подытоживая международный симпозиум по теоретической биологии, писал: «Общая система представлений, которая начинает вырисовываться на основе проведенного обсуждения, в определенной степени близка к марксистской диалектической философии. Эти представления, как мне кажется, в большей степени соответствуют диалектической концепции Маркса и Энгельса, чем обычному упрощенно-материалистическому подходу к проблемам биологии»[269].
265
267
Укажем в этой связи на А. Димера, видного западногерманского представителя т.н. «теории науки» – философского учения, которое, отказавшись от ряда неопозитивистских догм, может быть названо постпозитивистским, так как оно продолжает свойственную неопозитивизму релятивистскую интерпретацию научного знания. И хотя это течение ограничивает задачи «теории науки» методологическим горизонтом исследования, оно, несомненно, представляет собой определенную мировоззренческую установку, исходя из которой проф. Димер утверждает: «…догматическая философия есть мировоззренческая философия. Она состоит из догматической сердцевины и того, что можно было бы назвать философским орнаментом (Rankenwerk). Безразлично, возьму ли я экзистенциалистскую, рационалистскую, эмпиристскую, схоластическую, христианскую, марксистскую или другую философию, в каждой из них наличествует в качестве абсолютной, исключающей всякую критику „философская вера“» (