Возьмем для примера тему «Овладение научно-техническим прогрессом». Выступивший на пленарном заседании Н. Решер (США) прежде всего исключил эту проблему из конкретно-исторического, социально-экономического контекста (капитализм и его антитеза – социализм). Затем он стал доказывать, что негативные последствия научно-технического прогресса вызваны лишь недостаточно рациональной технологией, и свел решение глобальной задачи к вопросу об увеличении и перераспределении капитальных затрат на строительство очистных сооружений, нейтрализацию или использование отходов производства и т.д.[294].
Принципиально иную позицию занял член-корреспондент АН СССР Д.М. Гвишиани. Овладеть научно-техническим прогрессом значит рационально организовать не только непосредственное производство материальных благ на каждом отдельном предприятии, но и в корне преобразовать социальную форму производства. Только при этом условии, то есть в результате уничтожения капиталистической основы производства, становится возможным преодоление (а частью и предотвращение) его разрушительного воздействия на природные предпосылки существования и развития человечества.
Перед нами, таким образом, два качественно различных социологических уровня понимания рациональности общественного производства. Социология капиталистического бизнеса в силу своей социальной и гносеологической (эмпиристской) ограниченности замыкает проблему рациональности в рамки отдельных предприятий, будучи неспособна поставить задачу рационализации общественного производства как исторически определенного социально-экономического целого, то есть всей системы – общество-природа.
В дискуссии по теме «Мозг, внешний мир, сознание» проблема рациональности выступила в новом, соответствующем основным характеристикам сознания ракурсе. Лауреат Нобелевской премии Д. Экклз (Швейцария) анализировал в своем докладе сложнейшие механизмы образования ощущений, которые, хотя и составляют непосредственную ткань сознания, все же не характеризуют последнее как специфически человеческий феномен. Такое ограничение проблемы, вполне оправданное и, по-видимому, даже необходимое в границах специального естественнонаучного исследования, оказывается, однако, неправомерным там, где речь идет о сознании, а не о его нейрофизиологической основе. Осознавая, по-видимому, это противоречие, но интерпретируя его неадекватным образом, Д. Экклз заявил: сознание, как нечто присущее субъекту и в этом смысле субъективное, рационально непостижимо[295]. По иному, указываемому философией марксизма пути анализа проблемы сознания пошел член-корреспондент АН СССР Б.Ф. Ломов. Он показал, как формирование трудовой деятельности, деятельной сущности человеческого индивида, оказывается вместе с тем развитием индивидуального, общественного по своей природе сознания. Практика, как известно, является первичной, основополагающей формой рациональной деятельности людей[296]. И сознание homo sapiens, так же как и всю познавательную деятельность людей, можно правильно понять лишь исходя из практики, высшие формы которой, обогащенные развитием научного знания, образуют, по известному замечанию В.И. Ленина, вершину познания.
Обсуждение философской проблематики современной биологии, как и следовало ожидать, буквально радикализировало саму постановку проблемы рациональности. Ведь уже формулировка темы – «Современная биология и ее вызов философии» – поставила под вопрос, соответственно замыслу некоторых организаторов конгресса, человеческий разум, способность человеческого существа к самопроизвольным, целеполагающим, в известном смысле свободным действиям. В докладе члена-корреспондента АН СССР И.Т. Фролова, сделанном на пленарном заседании, в выступлениях академика Н.П. Дубинина и члена-корреспондента АН СССР Э.А. Асратяна были подвергнуты основательной критике попытки некоторых склоняющихся к иррационализму философов «обосновать» аргументами молекулярной генетики сугубо фаталистическое понимание видовых характеристик человека и даже индивидуальных особенностей личностной активности. При этом было показано, что метафизическая концепция изначальной биологической предетерминации человеческих свойств не имеет ничего общего с действительным содержанием выдающихся достижений современной биологии. Проблема нравственной ответственности, поставленная советскими учеными в связи с обсуждением философско-социологических аспектов генной инженерии, свидетельствовала о том, что деятельность людей по практическому применению молекулярной генетики отнюдь не предетерминирована, что она может и должна быть делом разумного выбора, рациональной научной политики.
294
Стоит вспомнить в этой связи, что четверть века назад государственный секретарь США Д.Ф. Даллес утверждал, что идеологическое превосходство социализма над капиталистическим миром объясняется тем, что США недостаточно финансируют идеологическую войну против социализма. «Мы, – писал Даллес, – истратили много миллиардов долларов за последние пять лет, готовясь к возможной войне с использованием бомб, самолетов, пушек, но мы мало тратили на войну идей, в которую мы глубоко втянуты и в которой терпим поражения, невозместимые никакой военной мощью» (
295
Весьма содержательная критика идеалистических воззрений Д. Экклза была дана в статье
296
Мы не входим здесь в разъяснение понятия рациональности, поскольку это было сделано нами в статье «Рациональное и иррациональное» (см. «Вопросы философии», 1977, № 2).