Таким образом, релятивистская физика, которую неопозитивисты и «критические рационалисты» пытаются истолковать в субъективистски агностическом духе, не только не отрицает абсолютного, но, напротив, трактует признание абсолютного как необходимое условие познания относительного. Тем самым физика, как и вся современная наука в целом, подтверждает диалектико-материалистический принцип единства относительного и абсолютного, принцип, согласно которому в относительном имеется абсолютное, а в абсолютном – относительное. «Абсолютное и относительное, конечное и бесконечное = части, ступени одного и того же мира. So etwa?», – замечает Ленин, конспектируя «Науку логики» Гегеля[579]. Нет необходимости разъяснять, что принцип единства абсолютного и относительного существенным образом характеризует развитие познания и тем самым предмет теории познания диалектического материализма. Эти вопросы с достаточной основательностью исследованы в марксистских, в особенности советских философских работах, которые разъясняют, развивают, конкретизируют глубочайшее положение В.И. Ленина: «относительность всякого знания и абсолютное содержание в каждом шаге познания вперед»[580].
Выше уже указывалось на то, что понятие абсолютного не является differentia specifica законов диалектики, поскольку и в науках о природе имеет место исследование абсолютного. Следует, однако, выделить те особенные характеристики абсолютного, которые присущи законам диалектики. Когда говорят о всеобщности законов диалектики, то иной раз упускают из виду, что всякий закон природы есть форма всеобщности. Коль скоро эта истина не подлежит сомнению, всеобщность законов диалектики должна быть понята как нечто качественно отличное от всеобщности других законов природы или общества. Мы говорим обычно, что законы диалектики являются наиболее общими законами движения, развития. Важно, однако, понять, что это количественное различие переходит в различие качественное, в силу чего законы диалектики являются абсолютно всеобщими.
Абсолютная всеобщность – безграничность как в количественном, так и в качественном отношениях. Этого, конечно, нельзя сказать о физических, химических, биологических и иных законах, которые составляют предмет исследования специальных наук. Эти законы качественно ограничены в своей всеобщности; они являются законами физических, химических, биологических форм движения материи. Законы физической или биологической реальности не могут быть законами общественного развития, так же как и законами процесса познания.
Конечно, физические и биологические процессы происходят и в обществе, поскольку люди в определенных отношениях являются физическими телами и биологическими организмами. Процесс общественного производства как технологический процесс безусловно подчиняется законам природы. Экологические дисфункции, как стихийные последствия производственной деятельности людей, обусловлены не только исторически преходящими социальными факторами, но и физико-химическими закономерностями, поскольку именно они вызывают образование определенных вредных для жизнедеятельности веществ при сжигании каменного угля, нефти, дерева и т.п. Однако законы природы не определяют специфических черт социального процесса; они проявляются в нем неспецифическим образом. Марксизм открыл специфические закономерности общественно-исторического процесса и тем самым доказал несостоятельность социологического натурализма, который переносит законы природы на общественную жизнь. Качественное отличие законов социального процесса от законов природы выявляется при рассмотрении социологических и экономических закономерностей.
Фурье глубоко заблуждался, полагая, что закон всемирного тяготения проявляется в обществе как взаимное тяготение человеческих индивидов друг к другу. Никакого специфического проявления закона всемирного тяготения (как и других законов природы) в обществе не существует. Что же касается притяжения между человеческими индивидами как физическими телами, то сила его, которая легко определяется по известной формуле Ньютона, столь незначительна, что она не оказывает ни малейшего влияния на их отношения друг к другу.
Абсолютный характер всеобщности законов диалектики состоит, далее, в том, что они являются законами всеобщего развития, качественно отличными от тех особенных законов развития, которые образуют предмет исследования биологии, космологии и других наук. В этом смысле материалистическая диалектика является всеобщей теорией развития в отличие от специальных теорий развития, классическим примером которых может служить теория Дарвина со свойственным последней категориальным аппаратом, применимым, строго говоря, лишь к биологическому процессу. Известно, к каким ложным и реакционным выводам приводили попытки так называемых социал-дарвинистов перенести на историю общества открытые Дарвином законы и категории.