Производство, писал Маркс в той же работе, есть «экзотерическое раскрытие человеческих сущностных сил…»[604]. Сущностные силы человека – его развивающиеся способности, знания, потребности, навыки, умения, благодаря которым он путем взаимодействия с другими человеческими индивидами овладевает природными стихиями, научается управлять самим собой, организует трудовой процесс, различные формы межличностного общения, создает материальные и духовные ценности. «В труде, – писал Маркс, – обнаруживается все природное, духовное и социальное различие индивидуальной деятельности…»[605].
Марксизм покончил с буржуазной догмой о неизменной природе человека. Эта догма, как нетрудно понять, не только отражала видимость, фиксируемую обыденным сознанием, но также питалась определенными воззрениями, сводившими человеческую социальную природу к совокупности биологических признаков homo sapiens. Между тем природное, антропологическое развитие человека завершилось в доисторическую эпоху, т.е. изменение человеческой природы стало не природным, а социальным процессом. Именно это имеет в виду Маркс, указывая, что «мы должны знать, какова человеческая природа вообще и как она модифицируется в каждую историческую эпоху»[606]. Ясно, что изменение человеческой природы в каждую историческую эпоху относится не к антропологическим, а к социальным характеристикам людей.
Таким образом, коренное отличие человека от его наиболее развитых предшественников – животных – заключается в его социальной природе, постоянно изменяющейся в ходе развития общественного производства и общества в целом[607]. В понятие социальной природы человека входит то, что Маркс в «Тезисах о Фейербахе» называет человеческой сущностью, – совокупность всех общественных отношений. Эта специфическая сущность человека изменяется, развивается благодаря исторической преемственности, отсутствующей в мире животных. Каждое новое поколение людей наследует не только приобретенные предшествующими поколениями материальные условия жизни общества, но также знания, умения, потребности, обычаи, формы общения, организации и т.д. Речь идет, конечно, о социальном наследовании, так как никакие приобретенные умения, знания и т.п. не наследуются биологически. В мире животных нет других форм преемственности, кроме биологической наследственности. Люди же производят орудия труда, продукты питания, возводят дома, прокладывают дороги, создают произведения искусства, познают мир, фиксируя приобретенные знания, изобретают, – короче говоря, опредмечивают, объективируют свою деятельность, ее результаты, достижения. Благодаря этому становится возможным то, что невозможно в мире животных, а именно: накопление, умножение, передача от поколения к поколению, совершенствование достижений человечества. «Лишь благодаря предметно развернутому богатству человеческого существа развивается, а частью и впервые порождается, богатство субъективной человеческой чувственности: музыкальное ухо, чувствующий красоту формы глаз, – короче говоря, такие чувства, которые способны к человеческим наслаждениям и которые утверждают себя как человеческие сущностные силы»[608].
Эти слова Маркса вскрывают необходимую связь между опредмечиванием человеческой деятельности, присвоением этой опредмеченной деятельности каждым новым поколением людей и развитием человеческой природы. Вместе с развитием материального и духовного производства, экономической структуры общества и соответствующей надстройки развиваются и сами человеческие индивиды со всеми присущими им субъективными качествами, в том числе и теми, которые отличают их друг от друга. Это и есть изменение, развитие природы человека, разумеется, его социальной природы. Понятно поэтому, почему люди нашего века ведут существенно иной образ жизни, чем люди прошлого столетия, располагают знаниями, средствами производства, предметами личного пользования, о возможности которых, как правило, даже не подозревали век тому назад. Что касается животных, то они и ныне остаются такими же, какими были тысячи лет назад. Их видовое развитие, как правило, уже завершилось, а социальной природой они не обладают. Изменение природы животных происходит в наше время главным образом благодаря деятельности селекционеров, вследствие чего и это преобразование, перспективы которого становятся все более значительными, непосредственно связано с историческим процессом развития человеческой природы.
607
Понятие социальной природы человека, т.е. его специфическая характеристика, разумеется, не исключает существенности его биологических видовых характеристик. «По своим анатомическим признакам, – говорится в школьном учебнике биологии, – человек принадлежит к типу хордовых животных, классу млекопитающих и отряду приматов. Поэтому человеку свойственны все те признаки, которые характеризуют отряд приматов» («Биология». Под общей редакцией Б.Я. Кузнецова. М., 1977, стр. 205). Культура, как нетрудно понять, не относится к основным признакам, характеризующим отряд приматов. Поэтому и рассмотрение отношения социальное – биологическое не относится, во всяком случае непосредственно, к нашей теме.