К. Маркс характеризует процесс труда в его наиболее общей форме как изменение человеком внешней природы, а тем самым и изменение им своей собственной природы. Разумеется, отношение между изменением внешней природы и изменением человеческой природы не носит непосредственного характера. Было бы заблуждением истолковывать это сложное, исторически развивающееся отношение как прямую зависимость, в силу которой каждый акт труда вызывает определенное изменение природы человека. Речь идет о всемирно-историческом процессе, который теоретически подытоживается в марксовой характеристике процесса труда как основного условия существования и развития человечества. Вся история человечества, указывает Маркс, есть «не что иное, как беспрерывное изменение человеческой природы»[609]. Это изменение соответственно поступательному развитию общественного производства и общественных отношений есть в конечном итоге развитие человеческой природы. Таким образом, человеческая природа не есть некий абстракт, присущий отдельным индивидам. Из материалистического определения человеческой сущности как совокупности всех общественных отношений следует, что человек и общество, несмотря на очевидное и существенное различие между ними (различие, которое абсолютизируется философами экзистенциалистского толка), образуют сущностное тождество. «Человек – это мир человека, государство, общество», – говорит Маркс[610]. Опредмечивание деятельности человека, специфически характеризующее его человеческую природу, есть социальный процесс, посредством которого осуществляется человеческое общение, в том числе и общение между поколениями, а следовательно, и индивидуальное развитие людей. Человеческий индивид не рождается членом общества, он становится таковым в процессе своего индивидуально-общественного развития. Труд есть опредмечивание человеческой деятельности. Поэтому «предмет, как бытие для человека, как предметное бытие человека, есть в то же время наличное бытие человека для другого человека, его человеческое отношение к другому человеку, общественное отношение человека к человеку», – пишут основоположники марксизма[611]. Труд, общественное производство – важнейшая форма взаимодействия людей, их совместной деятельности, необходимым способом осуществления которой является специализация, т.е. наличие качественно различных видов труда, достигающих именно благодаря специализации и взаимозависимости все большего совершенства. Даже появление гениев, указывали Маркс и Энгельс, предполагает общественное разделение труда.
Основоположники марксизма систематически выявляют несостоятельность буржуазного, метафизического противопоставления личности и общества. Эти противоположности обычно трактуются буржуазными мыслителями как абсолютные. Следствием разрыва индивидуального и социального оказываются игнорирование социального как основного определения человечности, отождествление биологически понимаемой природы человека и человеческой сущности. Но сущность человека не есть характеристика индивидуального; это особенная форма существования общества, человечества.
Таким образом, исторический материализм позволяет понять феномен культуры, исходя из основного факта, обусловливающего как антропологическое становление человека, так и все последующее развитие человечества. Культура есть изменяющаяся, развивающаяся социальная природа человека. Человечество преобразует естественные условия своего обитания, создавая тем самым «вторую природу», которую можно определить как социоприродную реальность. Некоторые исследователи-марксисты трактуют культуру как преобразованную человечеством природу. Мы не можем согласиться с этим воззрением, так как оно отождествляет культуру со всеми объективациями человеческой деятельности, а следовательно, и с любыми ее последствиями. Необходимо также отметить, что сведение культуры к преобразованной людьми природе упускает из виду самого человека, духовную культуру, изменение людьми общественных отношений, – все это, несомненно, также должно быть отнесено к содержанию культуры. Главное в содержании культуры не вещи, а люди, человек, общество. С этой точки зрения специфическую сферу культуры можно было бы определить как «третью природу», т.е. природу общества, человека. В этом смысле культура является человеческим, личностным бытием «второй природы».