Коротко говоря, мы рассуждали примерно так. Общественным формациям, в которых господствуют эксплуататорские классы, присущи антагонистические производственные отношения и как следствие этого – противоречие между производительными силами и производственными отношениями, образующее объективную основу социальных революций. При социализме нет эксплуататорских классов, нет антагонистических противоречий, нет поэтому и противоречий между производительными силами и производственными отношениями. Нетрудно понять, что эта кажущаяся ясность в постановке вопроса оставляла вне сферы исследования конкретный анализ качественных различий между антагонистическими и неантагонистическими противоречиями, различий, на которые со всей определенностью указывал В.И. Ленин именно в связи с анализом основных проблем социалистического общества.
Чем объясняются столь серьезные недостатки в самом подходе к рассмотрению этой в высшей степени важной проблемы? На наш взгляд, здесь, кроме уже названной выше основной причины, недостаточной связи с практикой социалистического строительства, следует также указать на следующие обстоятельства: 1) мы недостаточно занимались исследованием объективных процессов развития, многообразие которых неисчерпаемо; 2) диалектический материализм и исторический материализм разрабатывались у нас обычно обособленно друг от друга, вследствие чего проблемы диалектики занимали недостаточное место в работах «истматчиков»; 3) у нас фактически отсутствовали основательные исследования диалектических процессов в условиях социализма, анализ качественного своеобразия этих процессов; 4) философские исследования были совершенно недостаточно связаны с работами экономистов, историков, с исследованиями по научному коммунизму. Активно работая в направлении укрепления союза философов с естествоиспытателями, мы как-то упускали из виду, что сотрудничество философов с общественными, гуманитарными науками не менее важно.
Таким образом, вследствие забвения необходимости диалектически, критически исследовать реальные исторические процессы в условиях социализма, утверждалось зауженное, одномерное представление о самом содержании, сущности социалистических производственных отношений. Считалось достаточным указать на тот факт, что производственные отношения – отношения людей к средствам производства, которые при социализме являются общественной собственностью, государственной или кооперативной. Это, конечно, важнейший признак производственных отношений, но ограничиться одной лишь констатацией столь очевидного факта – значит упустить из виду в высшей степени важное обстоятельство; общественные отношения производства – совокупность различных отношений, единство многообразия, отнюдь не исключающее противоречий. Это и распределение средств производства, и общественное разделение труда и, соответственно этому, распределение рабочей силы, общественная организация труда, отношения координации и субординации, формы обмена видами деятельности и продуктами производства, способы получения определенной доли общественного продукта участниками производства. Социалистические производственные отношения в противоположность капиталистическим включают в себя и планомерную организацию производства в масштабах всего общества, и самоуправление на основе демократического централизма, и социалистический принцип распределения.
К. Маркс характеризовал производственные отношения как отношения людей в процессе общественного производства. Эта в известном смысле субъективная сторона производственных отношений самым непосредственным образом выражает коренную противоположность двух социальных систем: эксплуатацию человека человеком при капитализме и внутренне присущее социализму сотрудничество свободных от эксплуатации людей. Следовательно, если речь идет об отношении людей друг к другу в процессе производства, то существенное значение имеет и то, какие люди вступают в эти отношения, каковы их человеческие качества, в какой степени труд становится их потребностью, осуществлением их человеческой сущности. То же следует сказать об отношении людей к средствам производства, а также к произведенной продукции. Это отношение имеет, конечно, и субъективную сторону, которая наглядно проявляется в бережном отношении к социалистической собственности или, напротив, в виде бесхозяйственности, халатности, наконец, даже расхищения социалистического добра.
Только учитывая все многообразие общественных отношений в сфере производства, многообразие, которое в условиях социализма охватывает несравненно более широкую сферу человеческих отношений, чем при капитализме, можно понять, что социалистические производственные отношения изменяются, развиваются. Их необходимо сознательно и планомерно изменять, совершенствовать в соответствии с развитием производительных сил, изменением материально-технической основы общества, уровнем его зрелости, развитости. В этой связи становится очевидным, что преимущества социалистических производственных отношений, благодаря которым страны социалистического содружества добились выдающихся, беспрецедентных достижений, не исключают существенных недостатков в общественной организации труда, а тем самым и в самих производственных отношениях. Соответственно этому Программа КПСС по-новому ставит вопрос об отношении между производством и его социальной формой в социалистическом обществе: «Необходимыми предпосылками ускорения социально-экономического прогресса общества являются постоянное совершенствование производственных отношений, поддержание их устойчивого соответствия динамично развивающимся производительным силам, своевременное выявление и разрешение возникающих между ними неантагонистических противоречий»[725]. Это значит, что соответствие производственных отношений характеру производительных сил социалистического общества, уровню их развития не устанавливается само собой, стихийно, раз и навсегда. Необходимы совершенствование производственных отношений, замена устаревших методов хозяйствования новыми методами, рационализация системы управления. Диалектически противоречивое взаимодействие производительных сил и производственных отношений – главный двигатель поступательного развития общества. Этот вывод, содержащийся в постановлении ЦК КПСС «О журнале „Коммунист“», целиком и полностью основан на документах XXVII съезда КПСС.