В рабочем движении тогдашней Германии, т.е в 70-х гг. XIX в., наиболее влиятельными были идеи Лассаля, а не Маркса. Бебель, объясняя Энгельсу эту ситуацию, писал в мае 1873 г.: «Не следует забывать, что в действительности труды Лассаля, написанные популярным языком, являются основой социализма масс. Это факт, который мы не можем игнорировать: они имеют в Германии в десять, в двадцать раз большее распространение, чем любые другие работы о социализме»[1383].
Для представления об уровне марксистского мышления в Германии конца XIX в. достаточно показательны критические замечания Энгельса на проект социал-демократической программы 1891 г. Энгельс подвергает критике одно из основных положений этого проекта, согласно которому «современное (т.е. капиталистическое. – Т.О.) общество врастает в социализм». Он не отрицает возможности мирного социалистического переустройства общества в высокоразвитых демократических буржуазных государствах, таких как Франция, Англия, США, где «конституционным путем можно сделать все, что угодно, если только за тобой большинство народа»[1384], но решительно отвергает такую возможность в Германии, где, несмотря на уже наличествующее всеобщее избирательное право, по-прежнему господствует полуабсолютистский, по его выражению, государственный строй.
Не требуется большой проницательности, чтобы увидеть в приведенной Энгельсом формулировке социал-демократического проекта программы СДПГ основную идею, которую в конце века обосновывал в своих статьях Э. Бернштейн. Можно, правда, допустить, что в указанном проекте приведенная формулировка была вызвана опасением социал-демократического руководства, допускавшего вероятность нового «Исключительного закона». И если для составителей программы (в числе которых был и Бернштейн) эта формулировка носила, условно говоря, тактический характер, то для самого Бернштейна она стала программной. Таким образом, «оппортунизму» Бернштейна предшествовал «оппортунизм» Каутского и других авторов проекта программы партии, принятой в Эрфурте в том же 1891 г.
Плеханов в статье, посвященной книге Фр. Лютгенау «Естественная и социальная религия», подвергает критике этого автора, который считает себя сторонником исторического материализма, но отвергает философский материализм. Плеханов подчеркивает, что Лютгенау был некоторое время членом германской социал-демократической партии и, указывая на то, что его книга вышла в свет в 1894 г., делает вполне логичный вывод: «Это показывает, каким образом подготовлялся ревизионизм, как прокладывал он себе дорогу в умы членов партии в то время, когда г. Бернштейн еще не высказывал никаких сомнений в правильности Марксова учения»[1385].
Однако Лютгенау был отнюдь не единственным, бывшим немецким социал-демократом, вставшим на путь ревизии учения Маркса. В 1887 г. доцент Фрейбургского университета Георг Адлер опубликовал монографию «Основы критики Карлом Марксом существующего народного хозяйства». Уже в предисловии он выдвигает против немецких марксистов ряд обвинений. В частности, он утверждает: «Насколько велик фанатизм марксистской секты, можно видеть из следующего высказывания, которое отважился публично сделать главный пропагандист доктор Карл Каутский: поскольку третий том „Капитала“ вышел в свет, переворот в политической экономии будет завершен…»[1386]
Г. Адлер подвергает далее критике марксово понятие объективной исторической необходимости, которое, полагает он, превращает людей в марионеток. Особенно резкая критика достается утверждению Маркса и Энгельса о близости социалистического преобразования общественных отношений. Цитируя «Нищету философии» Маркса и «Анти-Дюринг» Энгельса, Адлер заключает: «Ныне прошло более чем одно поколение, а капитализм остается в Англии и во Франции нисколько не сокрушенным»[1387].
Положение Маркса о прогрессирующем обнищании пролетариата вызывает столь же резкие возражения Адлера, который ссылается на развитие фабричного законодательства, успешную борьбу пролетариев за сокращение рабочего дня. Особенно важно такое его возражение Марксу: все более нищающий рабочий класс несомненно не способен совершить социалистическое преобразование общества. Следовательно, заключает он, учение Маркса впадает в неразрешимое противоречие. Однако ни Лютгенау, ни Г. Адлер не смогли осуществить систематической ревизии марксистской теории. Такую попытку сделали так называемые катедер-социалисты. В Германии это были профессора университетов Л. Брентано, Шульце-Геверниц и другие. Бернштейн в своих статьях в журнале «Die Neue Zeit» ссылается на них, подчеркивая тем самым, что высказываемые им суждения об учении Маркса не претендуют на оригинальность. Останавливаться на воззрениях этих профессоров нет поэтому смысла: они достаточно известны не только из книги Бернштейна «Предпосылки социализма и задачи социал-демократии», но также из статей Маркса и Энгельса против Брентано.
1383
1386