Состав «военной оппозиции» был очень неоднородным. Наряду с «левыми коммунистами», расходившимися с партией по коренным вопросам марксистской теории и практики, в нее входили коммунисты, ошибочно представлявшие пути организации армии. Оказались среди оппозиционеров и такие военные работники, которые резкое недовольство Троцким переносили на общие методы руководства армией. Вот что говорится на этот счет в «Истории Коммунистической партии Советского Союза»: «Многие делегаты, как участвовавшие в «военной оппозиции», так и стоявшие на позиции ЦК, резко и в значительной мере справедливо критиковали деятельность военных учреждений. Глава военного ведомства Троцкий не считался с мнением армейских партийных организаций, нередко игнорировал права комиссаров, проявлял к ним пренебрежительное отношение, допускал администрирование в отношениях с коммунистами-военнослужащими. Своим барским поведением и диктаторскими замашками Троцкий восстановил против себя лично многих коммунистов — военных работников, вызвал в их среде недоверие к себе»[22].
Не приходится сомневаться, что Ворошилова нужно отнести именно к этой последней категории военных работников. Сам он и до этого, и после потратил немало энергии и сил, чтобы способствовать созданию регулярной Советской Армии, внести порядок и дисциплину в ряды революционных войск. Однако горячность, запальчивость подвели его. В особенности резко проявилось в трех выступлениях Ворошилова на заседаниях военной секции его неправильное отношение к военным специалистам. За это Ворошилова резко и справедливо критиковал Ленин.
На закрытом заседании съезда 21 марта Ленин сказал: «Когда Ворошилов говорил о громадных заслугах царицынской армии при обороне Царицына, конечно, тов. Ворошилов абсолютно прав, такой героизм трудно найти в истории. Это была действительно громаднейшая выдающаяся работа. Но сам же сейчас, рассказывая, Ворошилов приводил такие факты, которые указывают, что были страшные следы партизанщины.
…Теперь на первом плане должна быть регулярпая армия, надо перейти к регулярной армии с военными специалистами»[23].
Критику своих ошибок Ворошилов, как и подобает настоящему коммунисту, восприпял без обиды и в дальнейшем доказал, что он искренне, не жалея сил, будет выполнять решения VIII съезда партии по военному вопросу.
Вновь Ворошилов при исполнении многотрудных обязанностей наркома внутренних дел. Основное его время занимает борьба с бандитизмом, политическим и уголовным, этим бичом жизни Украины той поры.
Весь край кишел бандами, большими и малыми, возглавляемыми атаманами с самыми дикими кличками. На Черниговщине банды атамана Ангела останавливали и грабили поезда, в Васильковском, Фастовском уездах Киевской губернии зверствовали бандиты Зеленого, в Радомышльском уезде — Соколовского и Струка… Не лучше было и в городах, в особенности в Одессе. Здесь многочисленные и наглые бандиты во главе с Мойшей Винницким («Япончиком») добились того, что богатый, многолюдный, шумный город жил затаясь, в постоянном страхе. Население боялось выходить на улицы даже днем, тем более вечером или ночью.
Примером того, какой была ситуация в украинских городах по весне 1919 года, может служить город Радомышль Киевской губернии. Вот несколько выдержек из документа того времени:
«17 февраля. В Радомышле существует Совет рабочих и крестьянских депутатов и его исполком. На город напала банда Струка. Исполком распущен. Создан ревком. Нападение банды Струка отбито.
24 февраля. Налеты банды Соколовского. Арестован советский комендант.
26 февраля. Возобновилась власть ревкома.
4 марта. Радомышль захватила банда Соколовского, устроила кровавый погром, убив 44 человека…
22 марта. После изгнания из города банды Соколовского выбран исполком… Работе исполкома мешают частые нападения банды Соколовского…»
Так было почти повсеместно. Только в апреле 1919 года Народный комиссариат внутренних дел зарегистрировал 93 кулацких восстания, в том числе на Киевщине 38, Черниговщине 19, Полтавщине 17… От угрозы бандитских налетов не были ограждены даже такие города, как Киев.
В начале апреля Ворошилов находился в Киеве. Кулацкие восстания полыхали вокруг. В пригороде — Куреневке — еще в марте обосновались петлюровцы. 7–9 апреля им удалось спровоцировать антисоветские выступления. С утра 10 апреля поступили сведения, что бандиты ворвались в Киев, разбили небольшой отряд чекистов, проникли на Подол и начали грабеж. Ворошилов немедленно отправил все наличные силы (их было очень немного) и вместе с председателем ВУЦИК Г. И. Петровским поспешил вслед.