3 февраля 1920 года Сталин отбил телеграмму Будённому и Ворошилову, в которой сообщил, что он добился отставки Шорина и назначения нового комфронтом Тухачевского — завоевателя Сибири и победителя Колчака. Тухачевский сегодня только прибыл в Саратов и на днях примет командование фронтом. Пройдёт 17 лет, и маршал Егоров в 1937 году обрисует ситуацию с назначением Тухачевского уже так: «Тухачевский прошёл через наши руки с т. Сталиным, в каком отношении? Приехал он к нам на фронт на смену 13-й армии. 13-я армия прошла на побережье Азовского и Чёрного морей, мы думали — пассивная роль будет. В то время был освобождён от работы Шорин, на его место мы предложили Тухачевского на Юго-Восточный фронт...»
Через четыре дня Ворошилов связался по прямому проводу со Сталиным. Клим говорил Сталину: «...Мы все несказанно рады, что смещён Шорин. Если приедете в Ростов, на месте убедитесь, что простого смещения, да ещё с повышением[203], для него недостаточно. Мы все считаем его преступником. Его неумением или злой волей (в том разберётся суд) загублено лучших бойцов, комсостава и комиссаров более сорока процентов и до четырёх тысяч лошадей»[204].
Новый командующий фронтом отказался от дальнейших попыток прорвать фронт на участке Батайск — Ольгинская. Направление главного удара было изменено. Центр боёв переместился восточнее по правому берегу Дона, к Манычу.
Воспользовавшись оперативным перестроением Красной армии, Кутепов нанёс удар по Ростову. Корниловская дивизия 23 января заняла город, а через день сдала его обратно.
С. Н. Орловский в февральских записях своего дневника отметил: 1-я Конная армия совместно с тремя приданными ей стрелковыми дивизиями участвовала в крупнейшем за всю Гражданскую войну кавалерийском Егорлыкском сражении, в ходе которого были разгромлены 1-й Кубанский пехотный корпус белого генерала Крыжановского, конная группа генерала Павлова.
Генерал-лейтенант Александр Александрович Павлов возглавил 4-й Донской казачий корпус в начале января 1920 года в связи с тем, что прежний его командир Мамонтов заболел тифом.
26 января главнокомандующий белыми Вооружёнными силами Юга России Деникин издал директиву о переходе в общее наступление северной группировки армий с нанесением главного удара по красным в Новочеркасском направлении на юго-восток.
Советское командование нацелило основные свои высокоманёвренные силы на Тихорецкую. Оно перебросило 1-ю Конную на Верхний Маныч и оттуда планировало начать наступление в направлении станций Торговая[205] — Тихорецкая. Руководство белой Донской армии ответило на это формированием специальной группы в составе корпуса Павлова (9-я и 10-я казачьи дивизии) и частей 2-го Донского корпуса генерала Петра Ильича Коновалова (4-я Донская конная дивизия и 15-я конная бригада). Во главе группы был поставлен генерал Павлов.
Группа Павлова должна была выйти на Средний Маныч во фланг и тыл армии Будённого и разбить её в районе Торговой.
«25 февраля командование отдало приказ о наступлении на Средне-Егорлыкскую с целью уничтожить ударную конную группу генерала Павлова», — вспоминает Городовиков в книге «В рядах Первой конной: Рассказы конармейца», вышедшей в свет в 1939 году.
Это наступление для Конармии было необычайно трудное. Снег, резкий ветер и мороз затрудняли движение. В сугробах вязли тачанки, артиллерийские упряжки, уставшие лошади едва тащились.
Городовиков описывает один из дней, который выдался скверным, с туманом и изморозью, порывами метели. На пути коннице постоянно встречались рытвины и кочки, снежные заносы. В голове 4-й кавдивизии шла вторая бригада. С первой бригадой следовали Будённый и Ворошилов. Плохая видимость не позволяла эффективно вести разведку местности.
«К восходу солнца туман начал рассеиваться. Я время от времени выскакивал вперёд на курганы, пытаясь увидеть свою разведку. Пересечённая балками степь скрывала разъезды. Нигде ничего не видно и не слышно. По предположениям, Средне-Егорлыкская была недалеко. Смущала подозрительная тишина: не напороться бы неожиданно на белогвардейцев!
Вдруг я остановился изумлённый... В трёх километрах от меня, в балке стояли белогвардейские конные части. Это были кавалеристы корпуса генерала Павлова. Белогвардейцы спешились и обедали.
— Одну батарею галопом за мной! — крикнул я.
Батарея выскочила на бугор. Мои артиллеристы стали палить с открытой позиции по противнику. Белогвардейцы, не ожидавшие внезапного нападения, в беспорядке заметались.
203
В. И. Шорин после отрешения его от командования войсками Кавказского фронта был назначен помощником главкома Вооружённых сил РСФСР по Сибири.