Вырвавшись на оперативный простор, бригады дивизий 1-й Конной стали потрошить с тыла 3-ю армию Эдварда Рыдз-Смиглы. Они рвались на Бердичев и Житомир.
Польские войска, действовавшие в районе Киева, были окружены, но сумели вырваться из кольца. 10 июня части 3-й армии Рыдз-Смиглы оставили Киев и двинулись в район Мазовии. Они пробивались к Варшаве. Через два дня 1-я Конная армия вступила в Киев...
Несмотря на успех, Будённый был несколько огорчён тем, что части армии Рыдз-Смиглы всё-таки ускользнули из окружения. Они прорвали линию фронта на участке 4-й кавдивизии. Её начальник Коротчаев растерялся, отдавал противоречивые приказания. Решительное вмешательство Ворошилова выправило положение, но было уже поздно. 16 июня, когда дивизиям был дан отдых, собрался Реввоенсовет, который понизил Коротчаева в должности до командира бригады и назначил вместо него начальником 4-й кавдивизии Литунова.
Войска Юго-Западного фронта: 12-я и 14-я армии, 1-я Конная армия (в своём составе в этот период она имела, кроме кавалерийских дивизий, ещё 45-ю стрелковую) теснили врага на запад. Конармия заняла Ровно, Клевань, Здолбунов и Погорельцы. 12-я армия приближалась к железной дороге Сарны — Ровно, 14-я вышла на рубеж Базалия — Ярмолинцы — Каменец-Подольский.
«Белополяки бегут без оглядки», — говорил Ворошилов. Будённый предостерегал: «Пилсудский не из тех, кто легко уступает победу. Он наверняка соберёт свежие силы и попытается нанести Конной армии удар».
13 июля комфронтом Егоров издал директиву. Она для развития общего успеха предписывала: 12-й армии двигаться в направлении на Ковель — Брест-Литовск; Конармии с частями 45-й стрелковой дивизии овладеть городами Ковель, Холм и Замостье; 14-я армия — Равой-Русской, Городком и Львовом.
Будённый и Ворошилов поняли цель нового наступления — продвижение к Люблину. Конкретно Конной армии: создать угрозу северо-западной группе польских войск и таким образом облегчить прорыв Западного фронта к Висле.
11 июля газета «Правда» опубликовала беседу с И. В. Сталиным. Она начиналась со слов:
«Приехавший недавно из района Юго-Западного фронта товарищ Сталин сказал следующее:
1. Два последних месяца, май и июнь, дают две совершенно различные картины положения на фронте.
Май — это месяц исключительных успехов польских войск. На правом своём фланге поляки с успехом продвигаются за линию Киев — Жмеринка, угрожая Одессе. На левом фланге с успехом ликвидируют наступательные действия наших войск в направлении на Молодечно — Минск. В центре, закрепив за собой Мозырь и заняв Речицу, польские войска угрожают Гомелю.
Июнь, наоборот, — месяц быстрой и решительной ликвидации майских успехов польских войск. Продвижение поляков на Украину уже ликвидировано, ибо поляки не только изгнаны из Киева, но и отброшены за линию Ровно — Проскуров[210] — Могилёв. Продвижение поляков в сторону Гомеля также ликвидировано, ибо польские войска отброшены за Мозырь. Что касается левого фланга поляков, наиболее устойчивого, по отзывам польской печати, то нужно сказать, что обозначившийся за последние дни в этом районе мощный удар наших войск в направлении на Молодечно не оставляет сомнения в том, что поляки будут обращены вспять и в этом районе.
Июль открывает картину решительного перелома на фронте в пользу России с явным перевесом на стороне советских войск.
2. Не подлежит сомнению, что прорыв нашей конницы в районе Житомира сыграл решающую роль в переломе на фронте.
Многие сравнивают этот прорыв с прорывом и рейдом Мамонтова и находят их тождественными. Но это неверно. Прорыв Мамонтова имел характер эпизода, не связанного прямо с наступательными операциями Деникина. Прорыв тов. Будённого, наоборот, представляет собой необходимое звено в неразрывной цепи наших наступательных операций, ставящее себе целью не только разрушение тылов противника, но и прямое выполнение известной стратегической задачи.
Самый прорыв начался 5 июня. В этот день наши конные части, свернувшись в кулак и стянув обозы в центре кулака, прорвали расположение противника в районе Попельня — Казатин, прошли рейдом район Бердичева и 7 июня заняли Житомир. Ввиду отчаянного сопротивления поляков нашей коннице пришлось буквально пробивать себе дорогу, в результате чего поляки оставили на месте ранеными, убитыми от пуль и зарубленными, по свидетельству Реввоенсовета 1-й Конной армии, не менее восьми тысяч бойцов.
3. До житомирского прорыва поляки в отличие от Деникина, покрыв важнейшие пункты фронта рядом окопов и проволочных заграждений, с успехом комбинировали манёвренную войну с войной траншейной. Тем самым они значительно затрудняли наше продвижение вперёд. Житомирский прорыв опрокинул расчёты поляков, доводя ценность комбинированной войны до минимума.