— Ты попросил о помощи, а они удрали? — Корди стиснула зубы, — Вот и правильно все терпеть не могут дауни! Уродливые чудовища!
Корди не часто видела корабли дауни, что здесь, что на Эклипсе. Неудивительно — те весьма редко поднимались над Маревом, предпочитая скользить в его верхних слоях. Даже воздух сверхнизких высот казался им зловонной отравой, подняться же выше двух тысяч футов над Маревом для них было равносильно смерти. Корабли дауни были подстать своим хозяевам — несуразно-огромные, пыхтящие десятками труб, кажущиеся столь громоздкими, что казалось странным, как те вообще могут выходить в небесный океан, они часто служили объектами для насмешек.
— Я не запросил помощь, — Дядюшка Крунч отвернулся, делая вид, что разглядывает ничем не примечательное облако, трущееся о борт «Воблы», — Я предупредил их об опасности и велел убираться с курса. Но они не послушали. Дауни вообще упрямый народ, себе на уме. А может, просто не успели. Они не видели харибду, та как раз шла сквозь облака.
Корди прижала руку к груди.
— Рыбки-фистушки!
— Я их трижды предупредил! Трижды! — Дядюшка Крунч вдруг заскрипел, как если бы его корпус царапала изнутри какая-то большая медная шестерня, — Убирайтесь, сигналю, меняйте курс, дураки… Не послушали. Может, решили, что дурю их или издеваюсь… Дауни издавна не в ладах с вашим родом.
— Они… — Корди так и замерла с прижатой к груди рукой.
— Харибда подошла к ним по-акульи, — помолчав, прогудел Дядюшка Крунч, не глядя на Корди, — Сквозь облака и со стороны солнца. Опытная дрянь, должно быть, уже не один корабль погубила… Ударила головой прямо под нос. Ну и удар был… Ни одной пушке так не ударить. Копченый скат с гарниром! Я слышал, как трещат их заклепки, даром что был в полумиле. Корпус лопнул от одного этого удара. Как если бы они полным ходом наткнулись на остров. Мачты попадали, бархоут[107] пошел волнами, а ширстрек[108] попросту вмяло внутрь… Я на своем веку повидал много кораблекрушений, видел, как корабли раздирало пополам или превращало в труху, но тут… — Дядюшка Крунч вдруг замолчал и стал делать вид, что озабоченно трет пятнышко ржавчины на предплечье, — Упрямые тугодумы. Но с характером. Попытались огрызнуться, даже успели дать залп, но куда там… Харибда отошла и ударила еще раз, уже пастью. Вгрызлась прямо в середку, а зубы у нее размером с весло… Корабль дауни был на полтысячи лоудов, не меньше, а лопнул точно детская игрушка. Бимсы, карлингсы, палубы — в щепу… И трех минут не прошло, как от корабля ничего не осталось. Сожрала подчистую, даже флагштока не оставила. Отродье Марева!
Корди захотелось уйти с палубы. Спрятаться куда-то, где спокойно и безопасно, где нет огромных полу-рыб полу-кораблей, несущихся за тобой и щелкающих челюстями. Например, в капитанскую каюту. Уж там точно не бывает ничего плохого и страшного. Конечно, Ринни рассердится, если узнает, но…
Ей в голову вдруг пришла мысль, сперва показавшаяся нелепой, но оказавшаяся прилипчивой, как насквозь промокший плащ во время шторма.
Ринни ведь может ни о чем и не узнать. Ни о том, что Корди была в ее каюте, ни о сломанном секстанте. Быть может, ни одна живая душа не узнает о последних днях «Воблы». Мало ли кораблей ежедневно пропадают без вести, съеденные обитателями Марева или канувшие в небытие из-за кораблекрушения?.. Ринриетта может никогда не узнать о судьбе своего первого корабля — и трех членов своего бывшего экипажа. Наверно, разозлится, но не очень сильно. Ведь у нее теперь есть канонерка. Уж на канонерку-то ни одна харибда в здравом уме не нападет…
— Доберется эта тварь до нас, сожрет еще быстрее, чем дауни, — Дядюшка Крунч почти по-человечески склонил голову, — Уходить надо, на всех парах уходить… Только чертовка, похоже, привязалась к нам не на шутку. Я думал, того корабля ей хватит. Пока будет добычу переваривать, пока спохватится… Только она даже не остановилась! Идет за нами, словно веревкой привязали…
Дядюшка Крунч вложил свое раздражение в рывок штурвала. «Вобла» завалилась на правый борт, закладывая резкий поворот, такой, что Корди едва удержалась на ногах. Откуда-то снизу раздался грохот — возможно, шоколадный пирог с рыбьими головами перенес маневр не лучшим образом…
Чудовищная харибда не позволила сбить с себя с толку. Спустя всего лишь несколько секунд она тоже заложила вираж, умудрившись не только не отстать, но, кажется, еще больше приблизиться к кораблю.
— Мы поднимаемся? — осторожно спросила Корди.
Голем кивнул.
— Куда медленнее, чем мне бы хотелось. Сейчас идем на двенадцати тысячах.