Фламиниев цирк, тот, с которого по прибытии в Рим я начал осмотр города, дал свое имя всему этому району, а сам получил его оттого, что был построен на старинном лугу, принадлежавшем консулу Фламинию.
Помимо Фламиниева цирка, на Марсовом поле находятся также два театра: театр Помпея и театр Бальба; два храма: один посвящен Аполлону, богу света, другой — Беллоне, богине войны; портик, только что завершенный и носящий имя Октавии; грандиозное и помпезное здание, которое именуется Villa publica,[129] с двумя обнесенными галереями дворами, служащими для размещения выборных представителей или послов воюющих с нами иноземных народов, которые, по этой причине, не могут быть приняты в городе; портик Помпея, Гекатостилон, Коринфский портик и Септа Юлия.
Агриппа постоянно предлагал, в случае если его назначат консулом в третий раз, построить великолепный храм, который он назовет Пантеоном. (Он был назначен консулом в третий раз в 727 году от основания Рима и исполнил свое обещание.)
В данное время все толпятся вокруг великолепного обелиска из розового гранита, только что привезенного из Египта и предназначенного для того, чтобы служить солнечными часами. Его высота — семьдесят три фута и девять дюймов.
Кроме того, здесь построен Мавзолей.
Мавзолей, на что указывает его название, представляет собой усыпальницу; эту усыпальницу Октавиан соорудил для себя и членов своей семьи. Она имеет форму массивной круглой башни диаметром около трехсот сорока футов. Три ее этажа содержат сорок пять круглых комнат.
Помимо Мавзолея, на Марсовом поле находятся гробница Суллы, гробница отца и дяди Сципиона Африканского и гробница, в которой покоится тело Юлии, дочери Юлия Цезаря и жены Помпея, той самой, о великой популярности и преждевременной смерти которой я рассказывал выше.
Короче говоря, сегодня, когда я пишу эти строки, то есть примерно в середине восьмого века от основания Рима, Марсово поле насчитывает один цирк, три театра, амфитеатр, девять портиков и двадцать два храма.
Ближе к вечеру, когда жара спадает, все стекаются на Марсово поле, а точнее, Поле, как его сокращенно называют. Там все завсегдатаи разделяются на две совершенно различные категории.
Первая категория — это юноши, предназначившие себя для военной службы; они приучаются ко всякого рода телесным упражнениям — плаванию, верховой езде, борьбе, бегу, стрельбе из лука и обращению с пращой. Некоторые из них достигают в двух последних упражнениях такой степени мастерства, что с расстояния в шестьсот шагов попадают стрелой или камнем в пучок соломы. Другие, опытные наездники, пускают лошадей вскачь, сидя верхом без седла, без узды и удил и управляя ими коленями, вспрыгивая на спину своих верховых животных и спешиваясь исключительно с помощью их гривы, при этом зачастую с мечом или копьем в руке. Ну а иные поднимают тяжести, бросают диск или фехтуют, нанося деревянным мечом рубящие удары по врытому в землю столбу. Затем, все в поту, натертые маслом, покрытые пылью, иногда даже не раздевшись, они бросаются в Тибр, преодолевают его вплавь, делают короткую передышку на его правом берегу, после чего снова ныряют в воду и возвращаются на левый берег.
Вторая категория — это гуляющие; обычным местом встречи у них служат портики, где они могут прогуливаться в тени. В настоящее время на Марсовом поле имеется восемь портиков: портик Октавии, портик Филиппа, портик Минуция, Коринфский портик, портик Помпея, портик Благого исхода, портик Аргонавтов и Гекатостилон, или Стоколонный портик.
Портики играют огромную роль в римской жизни. Каждая женщина, в силу своего общественного положения или своей прихоти, питает особое расположение к тому или иному портику. Первый вопрос, который задают женщине: «Какой портик ты посещаешь?»
Если влюбленные хотят поговорить, они встречаются в портике.
На общественное положение и нравственные качества пришедшей туда женщины указывают ее наряд и манера поведения.
Матроны, которые приходят в портик, чтобы получить удовольствие от прогулки, полностью скрыты под своими столами и паллами. Стола едва позволяет видеть лицо и ниспадает до лодыжек; палла полностью скрывает фигуру. За ними следуют, а точнее, окружают их, рабы и служанки. Матроны проходят сквозь толпу, степенные и безмолвные, словно статуи.