Со дня свадьбы прошло не так много времени, но молодую жену нельзя было узнать. Куда только девались ее любовь и заботливость! Она хотела все время блистать в обществе, веселиться и наряжаться, а мужу уделялось немного свободного времени. Дальше – больше. Она очень любила флирт и чтобы за ней все ухаживали. При муже она еще стеснялась, а когда он уезжал в служебные командировки, тогда уж никакого удержу не было.
Стали ходить слухи, не особенно приятные для мужа. Один из близких друзей П. К. Ренненкампфа рассказал ему о проделках его жены. Выходило все очень оскорбительно для самолюбия генерала. Многие друзья, как например, семья помещика Колодеева, предпочитали приглашать к себе Павла Карловича без жены и открыто выражали ему сочувствие. Его супругу они просто не переносили и никогда ее у себя не принимали.[339]
Выходило, что в семье Павла Карловича каждый жил сам по себе: муж стеснялся жены, а жене мешал муж. Их отношения охладились – когда генерал бывал дома, жена сказывалась больной. Когда же он покидал город, она уезжала в леса, окружавшие Новоборисов, где устраивала пикники и кавалькады.
Однажды Евгения Дмитриевна объявила, что она больна, и ей надо лечиться за границей. Муж не отказал в этом и дал ей приличную сумму на поездку, лечение и различные расходы. Оказалось, что ее болезнью была покупка нарядов и модных вещей. Вся сумма была истрачена, но приходили еще наряды наложенным платежом. Муж не выдержал и сделал ей выговор. Его возмутило поведение супруги – мнимые болезни, мотовство и жизнь не по средствам… Жене, конечно, это не понравилось. Ведь она вышла замуж только для того, чтобы жить так, как ей хотелось… Отношения между супругами стали еще более холодными и тягостными. Муж старался совсем не бывать дома, весь отдался службе, много писал в военных журналах.
Весть о войне с Японией стала для генерала счастьем. Он любил воевать, к тому же отъезд на фронт избавил его от общества жены и дал возможность забыть свою неудачную личную жизнь. А все – его доверчивость! Он обладал открытым характером, никогда не притворялся, не носил маски и не лгал. Вот не раз и попадался впросак, а потом так жалел, но было поздно!..
Уезжая на войну, он объявил жене, чтобы она жила тихо, без балов и вечеров, скромно и по средствам, как подобает супруге ушедшего на фронт военного, и назначил ей ежемесячное содержание. Простились просто, без нежностей и слез. Оба радовались свободе, оба надоели друг другу, так как не было симфонии в этом союзе. Он женился из жалости к молодой женщине, которая была без средств и из милости жила у мужа своей матери, тоже не ладившей с супругом. А Евг[ения] Амитр[иевна] Грехова вышла замуж, чтобы иметь свободу, хорошую, веселую и обеспеченную жизнь. Она очень ошиблась, думая, что муж этого не поймет, и она сможет делать что хочет.
В разгар войны Евгения Дмитриевна неожиданно приехала к мужу на фронт вопреки его запрету. Он хотел иметь покой и был принципиально против того, чтобы жены во время войны являлись к своим мужьям. Он был вне себя, она же разыгрывала умирающую от любви и тоски. От этого становилось еще противнее. Просто захотелось флиртовать… Муж пригрозил, что если она сейчас же не уедет в Россию, то он прекратит ее субсидию. Он знал ее любовь к деньгам, и что ими проще всего на нее подействовать. Тогда Евгения Дмитриевна решила сделать мужу пакость и нажаловалась начальству, что он не дает ей денег, а потом записалась в сестры милосердия и осталась на фронте.
Бедному Павлу Карловичу пришлось все рассказать своему начальству. Оно встало на его сторону, и Ев[гении] Дмитриевне вскоре пришлось уехать восвояси. Прощаясь с женой адъютанта M[ada]me Гейзелер, также сестрой милосердия, Евгения Дмитриевна в приступе откровенности сказала, что муж ее теперь возненавидел. По ее словам, если бы он узнал, что она венчалась с ним, будучи супругой Грехова, по девичьим бумагам, то сразу бы с ней развелся. Она оказалась двоемужницей, обманула и Павла Карловича, и священников, и брак их был недействительным.
Как обрадовался генерал, когда Евгения Дмитриевна уехала, а M[ada]me Гейзелер рассказала ему о том, что узнала от его «жены». Павел Карлович сразу же запросил Синод.[340] Радости его не было конца, когда пришел ответ, подтвердивший слова его «жены». П. К. Ренненкампф назначил адвоката в Петербурге, и брак с Греховой был расторгнут как несуществующий, аннулирован как незаконный и в счет не шел. Все-таки Павел Карлович поступил по-рыцарски: по его словам, «жена» осталась без средств, и он решил ежемесячно посылать ей на жизнь, с условием, чтобы она никогда не появлялась ему на глаза. Он считал ее бессердечной, лгуньей и мотовкой, принесшей ему много зла и неприятностей.
339
Иначе об этом пишет в своих воспоминаниях подчиненный П. К. Ренненкампфа В. Н. фон Дрейер. См.:
340
Синод (Святейший Синод) – один из высших государственных органов России в 1721–1917 гг. Ведал делами Православной Церкви (толкование религиозных догматов, соблюдение обрядов, вопросы духовной цензуры и просвещения и т. д.). Возглавлял обер-прокурор, назначаемый царем. После 1917 г. Синод – совещательный орган при патриархе Московском и всея Руси.