— Похоже, они только что вышли.
Брат и сестра Куроба приехали из места, где жила их бабушка, младшая сестра умершего дедушки Тацуи и Миюки, а также тетя текущей главы Майи.
Куроба Фумия — второй кандидат на правопреемство главенства Семьи Йоцуба. Неудивительно, что они посетили их бабушку. Миюки не была удивлена как таковым их присутствием:
— ...Может, это просто совпадение?
— Но они точно не из тех, кто просто пройдет мимо, зная, что мы здесь.
Это определенно верно, подумала Миюки.
— В широком смысле или узком, но, похоже, что нам не судьба разминуться.
Очень уклончивый ответ.
Думая также, разум Миюки направился назад к событиям другой случайной встречи одной ночи...
Глава 4
4 Августа 2092 / Окинава — Загородный Дом ~ Гостиничная Вечеринка
Хотя мы приехали сюда отдыхать, связи общества и семьи не могут быть разорваны, к сожалению. Я едва стала ученицей средней школы, но это не значит, что нет людей, от чьих приглашений я не могу отказаться.
Лишь кровные родственники, которых не так много, как говориться, даже в самом темном облаке есть луч надежды... Но я не видела совершенно никаких намеков, что некоторые из них могут быть в том же месте и в то же время, что и я.
Приглашение послал Куроба Мицугу-сан — двоюродный брат Окаа-сама.
Стрелка часов указывала на 6 вечера. Уже почти время, что я должна покинуть загородный дом.
Я сидела перед зеркалом с расчёской в руке.
— Ха... — не задумываясь, я позволила себе вздохнуть. В зеркале я была с явно подавленным видом.
Мне не стает не по себе на вечеринках. Просто именно сегодня я прилетела из Токио в Окинаву. Я хотела не торопиться хотя бы в этот вечер.
— Миюки-сан, ты готова?
После стука, за дверью раздался голос. Похоже, что Сакурай-сан пришла позвать меня, наверное, я слишком долго задержалась в комнате.
— Ух, да.
Я, только что созерцавшая шепот своих мыслей, машинально поднялась, чтобы ответить.
Поняв мой ответ как разрешение войти, Сакурай-сан открыла дверь. Определенно это был такой сигнал, так что я была не особо взволнована но,
— Что это? Разве ты не готова выходить?
Видя, что я уже надела нарядное платье, ожерелье, повязку на волосы и держу в руке сумочку, Сакурай-сан показала свои чувства болезненной улыбкой:
— Не делай такое угрюмое лицо или весь твой наряд пропадет даром.
Неужели моё лицо так легко прочесть?
— ...Ты поняла?
Это ведь Сакурай-сан; нет, это не меняет того факта, что это глаза другого человека. Я не хочу, чтобы кто-либо узнал о моём подавленном настроении.
— Как по мне, — сказав это, Сакурай-сан намеренно ликующе подмигнула... Неужели она говорит мне, что можно показывать другим людям такое лицо?
— Прекрати... смеяться надо мной, пожалуйста, — не думая, я надула лицо. Занервничав, я сосредоточилась на сглаживании своего выражения в нечто больше подходящее леди, но...
Я почувствовала, что мои щеки покраснели, когда увидела, как Сакурай-сан хихикнула.
Я уже ученица средней школы, я думала, что уже не прибегаю к такому детскому поведению.
— Извини... но,
Невозможно подумать, что ей 30 лет — в крайнем случае, можно посчитать, что ей 20 — похихикав некоторое время, глядя милым взглядом, Сакурай-сан быстро изменила выражение.
Естественным образом, я тоже обуздала свои эмоции.
— Есть люди с более острыми «глазами», чем у меня, так как в этом мире много людей. В самом деле, так как я тебя так хорошо знаю, Миюки-сан, я также знаю, что ты не любишь. Однако есть также вероятность, что на вечеринке будет кто-то, кто сможет прочесть твоё лицо, лишь на него взглянув. Так как ты, Миюки-сан, не обычная ученица средней школы, я считаю, что ты должна выглядеть, будто у тебя нет пробелов в обороне.
Этот хороший совет не вызвал никаких мятежных чувств.
— ...Можно ли как-то этого добиться?
— Неважно, как хорошо ты пытаешься их скрыть, к сожалению, чувства всегда отражаются в цвете твоих глаз и в каждом изменении выражения лица.
...Неужели она говорит, что ничего нельзя сделать?
— Что ты должна сделать, так это умело обмануть свои собственные эмоции, ты понимаешь? Прежде всего, убеди себя сама в том, что можно назвать твоей маской.
Наверное, прочтя моё недовольство, Сакурай-сан продолжила более подробно и в успокаивающей манере.
Как она и обучила меня, я маской окутала своё сердце; так как я всё ещё ребенок, я не смогла остановить настроение от падения, приближаясь к месту вечеринки.
Куроба Одзи-сама[8] не плохой человек (строго говоря, он не мой дядя).