Да, только в нашей стране можно наблюдать такой неимоверный рост промышленности и хозяйства под руководством великой партии большевиков и ее гениального вождя т. Сталина.
В смысле благоустроенности города хозяйство Сталино можно приветствовать: асфальтированы улицы, только что построен новый театр, великолепные кинотеатры, новые магазины, при мне только что открылся новый табачный магазин, отделанный московским мастером т. <…> Отделка вся состоит из предметов обихода кустарной знаменитой артели Малаховки. Особенно удался потолок. Нельзя не упомянуть о новой бане, где очень удобно устроены шкафы для раздевания и где я, моясь, по своей обуржуазившейся привычке взял себе банщика, который в разговорах, узнав, что я из Москвы, особенно старался показать свое искусство. Он на совесть тер не очень мягкой мочалкой по моему телу до краски пота и показал технику массажа, закончив трением по спинному хребту локтем. И если бы это был не конец, пожалуй, дальше бы я не выдержал. Он же в заключение шлепнул меня по спине и, подмигнув одним глазом, сказал: «Ну, где гарно?»
В Сталино я встретил много художников[272]. Веселый сияющий Федор Богородский, который сделал много великолепных акварелей и вообще сделал большой шаг вперед. Он работает на шахте Смолянка, на которой с его содействием мне впервые в жизни удалось опуститься вглубь.
Сергея Герасимова я впервые увидел на выставке «Маковец»[273] в 1922 году. Были выставлены «Автопортрет» (небольшая вещь), пейзажи и этюды, написанные, конечно, с добросовестностью и с несомненным западным влиянием. Позднее С. Герасимов разочаровался в этом направлении. Его обобщенная широкая манера, мягкий притушенный цвет, иногда сглаженный мастихином, придавали его работам положительное качество. Из среды своих соратников по «Маковцу» он выделялся. В его живописи что-то роднило с «Бубновым валетом». Это подтверждается его вступлением в ОМХ, в которое он вступил вместе со всеми маковцами. Да и вообще ОМХ это есть соединение трех обществ: часть бывшего «Бубнового валета», «Маковец» и общество молодых «Бытие»[274]. Председателем общества был я, а заместителем председателя Сергей Васильевич. Он очень добросовестно относился ко всем вопросам, связанным с жизнью общества, до конца своего пребывания в нем. Но еще накануне постановления ЦК партии о роспуске РАППа и РАПХа и всех обществ Сергей Васильевич с частью товарищей выходит из ОМХ и вступает в новое общество советских художников, впоследствии влившегося в АХР. За время с 1928 года Сергей Васильевич написал много тематических вещей. Из них «Клятва партизан», участвовавшая в выставке РККА, имела огромный и заслуженный успех. Мягкий и товарищески простой характер Сергея Васильевича окружает его большим количеством друзей. Его культура, политически твердая линия выдвигают его в ряды крупнейших общественных деятелей. Сергей Васильевич — оптимистическая натура. Он всегда жизнерадостен. Его остроумие, которым он, однако, не злоупотребляет, носит характер ребячливости.
272
В 1936 г., когда Советский Союз готовился отметить годовщину стахановского движения, в обком партии города Сталино пришло письмо И. И. Бродского под названием «О картинах передовиков-стахановцев» с предложением организовать в Сталино портретную стахановскую галерею — большой художественный музей, «долженствующий увековечить в произведениях искусства великое стахановское движение…».
«В Донбассе было уже около 150 художников и графиков Москвы, Ленинграда и Украины, в т. ч. такие известные художники, как Богородский, Лентулов, заслуженный деятель искусств Богаевский, академик живописи Бакшеев, заслуженный деятель искусств Кузнецов, графики: И. Павлов, Кравченко, Илья Соколов, Завилов». Социалистический Донбасс. 1936. 3 февраля.
Художественный музей города Сталино был открыт 30 октября 1939 г., но документы музея не сохранились: в конце июля 1942 г. 256 произведений были отправлены в распоряжение командующего немецкой группы армий «А» генерал-фельдмаршала Листа. Дальнейшая судьба коллекции не известна.
273
«Маковец» (1922–1926) — объединение московских художников и поэтов, символически именовавшееся так в честь холма Маковец, на котором Сергий Радонежский основал Свято-Троицкую лавру. Художников объединяло представление о созидательном, примеряющем духовном начале, основанном на преемственности культурной традиции. На выставках объединения экспонировались произведения нескольких десятков художников (В. Н. Чекрыгина, С. В. Герасимова, Н. М. Чернышева, М. С. Родионова, примкнувших к группе Л. А. Бруни, В. А. Дмитриева, К. Н. Истомина, Н. П. Крымова, В. Ф. Рындина, А. В. Фонвизина и др.), в журнале «Маковец» печатались стихи Б. Л. Пастернака, Н. Н. Асеева, Велимира Хлебникова и др.
274
«Бытие» (1921–1930) — общество выпускников вторых Государственных свободных мастерских, куда влилось немало вхутемасовской молодежи. В выставках «Бытия» принимали участие и бывшие «бубнововалетцы». «Бытийцам» была присуща приверженность отечественному сезаннизму, а также борьба за «общий тип станковой вещи» и «накопление коллективного опыта». В 1930 г. группа художников объединения «Бытие» вошла в состав Общества советских станковистов-оформителей (ОССО). Объединение организовало семь выставок, на которых экспонировались, среди прочих, работы учеников П. П. Кончаловского и И. И. Машкова — А. А. Лебедева-Шуйского, П. П. Соколова-Скали, АХРРовцев — Ф. С. Богородского, Б. С. Земенкова, Г. И. Рублева, бывших «НОЖистов», а также картины бывших «бубнововалетцев» — П. П. Кончаловского, А. В. Куприна, А. А. Осмеркина и др.