Рабин посмотрел на Зееви и долго молчал. Затем приказал советнику созвать срочное совещание кабинета по вопросу «целевых» ликвидаций.
«Что вы скажете?» – спросил Рабин собравшихся министров после того, как они выслушали предложение Зееви. Все согласились с тем, что если пленники будут доставлены в Израиль, жизнь путешествующих израильтян повсюду в мире будет в опасности. Рабин согласился с этой оценкой, но отказался подписать приказ о казни находившихся под действием транквилизаторов пленников, «если только на это не согласится генеральный прокурор». «Позовите Аарона», – сказал Рабин.
Аарон Барак, который позднее станет председателем Верховного суда Израиля, самый известный в Израиле юрист, молча выслушал описание тайной операции и предложение сбросить преступников в море[530]. «Вы закончили? – спросил он Зееви, когда тот окончил свое выступление. – Это хорошо, – сердито произнес Барак. – Потому что я думаю, вы не в своем уме. Есть два гражданина Германии, которых вы хотите убить, пока они связанными и одурманенными находятся на израильском военном самолете. Ни в коем случае не могу утвердить такую акцию».
Трое палестинцев и двое немцев приземлились в Израиле и были доставлены в секретный следственный изолятор подразделения 504 на базе под кодовым названием «Труба» к юго-востоку от Тель-Авива. Их поместили в темные одиночные камеры с голыми стенами и все время накачивали транквилизаторами. «По мере того как террористы стали приходить в себя, – мы решили поиграть с ними в привидения, – рассказывал руководитель следственного отдела Шин Бет Ариех Хадар. – Пока они просыпались, мы надели маски и выли, изображая, будто бы наши пленники оказались в потустороннем мире»[531].
Израильтяне хотели узнать от террористов максимум о деятельности НФОП и, возможно, даже о том, где можно найти Вадея.
Старший следователь подразделения 504, Y., подполковник по званию[532], который носил ермолку в знак того, что является ортодоксальным евреем, и был известен своими крайне правыми политическими взглядами, занялся тремя палестинцами. Y. был человеком, который осуществлял психологическую подготовку спецназовцев Армии обороны на случай их попадания в плен. При этом он организовывал симуляцию жестоких условий содержания «пленных» и пытки. Незадолго до прибытия пятерки террористов из Найроби он нанес тяжелую травму позвоночника одному бойцу «Сайерет Маткаль», когда избивал его дубинкой. Несколько месяцев спустя после этого инцидента один из схваченных палестинцев на допросе у Y. потерял сознание и был доставлен в госпиталь, где скончался.
«Y. не убивал его. Он не убивал его. Просто палестинец умер, – говорил Игал Симон, в то время руководитель отряда 504. – Это был продолжительный допрос. Очень продолжительный. Допрашиваемого били, но позднее было установлено, что его смерть с избиениями не связана. Это подтвердило и посмертное вскрытие»[533].
Когда трое доставленных из Кении арабских боевиков поступили в распоряжение Y., он «работал с ними очень жестко», как сказал один из оперативников Шин Бет. Один из них был тяжело травмирован и тоже отправлен в госпиталь, но поправился.
К немецким пленникам относились по-другому. Их вежливо допрашивали следователи Шин Бет. Следственный изолятор посетил начальник АМАН генерал Шломо Газит. «Эта женщина (Шульц) произвела прекрасное впечатление, – сказал он. – Очень сильная женщина, хорошо контролирующая себя и окружающую обстановку. Парень оказался размазней»[534].
В конечном счете Хадар, который вел допрос одновременно спокойно и хитро, смог многое выжать из Шульц благодаря своей мягкой манере и невинной внешности.
Оба немецких пленника во всем сознались, признали себя виновными и сообщили информацию о Хаддаде. «Они рассказали нам много, включая данные о будущих террористических атаках, – сказал Хадар. – Все это время женщина из “Моссад” (переводчица с немецкого на иврит) сидела там и шептала мне на иврите: “Как же мне хочется убить ее”».
«Прежде чем мы расстались, я взял ее за руку и спросил: “Бригитта, давайте представим, что когда-то вы вернетесь в Германию и ваши друзья скажут вам, что вы должны убить Гарри (под этим именем она знала меня). Как вы поступите?” И она не моргнув глазом ответила: “Я не смогла бы убить вас, Гарри, после всего, что вы для меня сделали”.
Мне было приятно услышать это. Я подумал, что, может, хоть чуточку что-то в ней изменилось к лучшему. А потом она добавила: “Я бы попросила кого-нибудь еще застрелить вас”»[535].
530
Покинув зал, Барак запросил консультаций с руководством Министерства юстиции, включая генерального прокурора Габриэля Баха, который тоже был потрясен до глубины души, когда услышал предложение Зееви. Интервью с Дорит Бейниш, 28 сентября 2014, и Ringo, июль 2013.
535
Интервью с Хадаром, 14 мая 2017. Шульц произвела также сильное впечатление на Джона Ле Карре, для которого его друг начальник АМАН Газит специально организовал посещение секретного изолятора, который тогда назывался Villa Brigitta по имени немецкой террористки. Женщина-переводчица, которая переводила допросы для Хадара, была представлена Ле Карре под вымышленным именем – «директор изолятора капитан Кауфман». См.: