Оперативники «Птиц» ждали его при приземлении самолета. Раджуб был поражен: «Я действительно не понимал, как Шин Бет смогла вычислить Рафаэля так быстро. Он еще не успел ничего сделать. Только сошел с самолета – и на тебе! Был схвачен»[880].
Яссин являл собой неисчерпаемый кладезь информации. Это было достояние немыслимой ценности. Через него «Моссад» мог моментально устанавливать многие приоритетные цели для ликвидации. Прежде всего потому, что Яссин был главным организатором перелетов и гостиничных бронирований в ООП. Один такой случай произошел в конце января 1992 года, после того как французские власти, при посредничестве французского Красного Креста, разрешили Джорджу Хабашу, главе Народного фронта освобождения Палестины, посетить страну для прохождения лечения, несмотря на то, что он находился в списке особо опасных преступников в нескольких других странах. Используя сведения Яссина, израильские спецслужбы изучали возможность его ликвидации. Но французы приняли ряд мер предосторожности, чтобы защитить Хабаша. Тогда вместо операции по ликвидации «Моссад» организовал утечку скандальной информации о поездке Хабаша в прессу, создав значительные трудности для правительства Франсуа Миттерана[881].
Яссин также держал в поле зрения людей, которых «Моссад» считал причастными к кровопролитию на Мюнхенской олимпиаде. Несмотря на то что «красные» приказы в отношении этих террористов были подписаны Голдой Меир почти двадцать лет тому назад, некоторые из них оставались на свободе. «С нашей точки зрения, “красные” приказы не имели срока давности», – говорил один из помощников директора «Моссада» Шавита[882].
Важное место в этих списках занимал Атеф Бсейсо, который в период мюнхенской трагедии был членом «Черного сентября», а теперь, в 1992 году, стал одним из видных функционеров ООП. До сих пор точно не установлена его роль в террористической атаке в Мюнхене. В ООП заявляли, что он вообще был непричастен к ней. Но «Моссад» утверждал, что Бсейсо имел к ней отношение. В любом случае «Моссад» не видел в этом никакой разницы: Шавит был полон решимости отомстить за Мюнхен и считал, что любой человек, связанный с «Черным сентябрем», является законной целью для ликвидации. Это было странное распыление сил. Весь Ближний Восток был охвачен интифадой. Оккупированные территории горели в пламени восстания. У Израиля было гораздо больше актуальных разведывательных потребностей, чем убийство людей за кровавые преступления, в которые они могли быть, а могли и не быть вовлечены два десятка лет тому назад. Тем не менее Шамир еще раз санкционировал «красный» приказ в отношении Бсейсо[883]. Один из оперативных работников «Кесарии» сказал: «Причина состояла в том, что мы располагали соответствующими возможностями». Возможности заключались в наличии Яссина.
В начале июня 1992 года Бсейсо улетел из Туниса для встреч с сотрудниками немецких и французских спецслужб, а также с Робертом Баером из ЦРУ. «В 1979 году “Моссад” ликвидировал Али Саламе, который служил каналом связи с ЦРУ, – сказал Баер. – Мы были уверены, что израильтяне сделали это для того, чтобы разорвать линию связи с нами. Хани аль-Хасан, а потом Атеф Бсейсо заменили Саламе. В тот день я прибыл в Париж, чтобы провести с ним регулярную встречу»[884].
Согласно некоторым источникам, намеченные встречи были еще одной причиной того, что в «Моссаде» хотели убить Бсейсо[885]. В израильской разведке понимали, что он являлся одним из важнейших каналов связи между ООП и спецслужбами стран Запада, включая Германию, Францию и США. Руководители израильских спецслужб полагали, что такие связи вели к предоставлению Западом полного дипломатического признания Арафату и ООП и к изоляции Израиля. Тот факт, что в качестве связных со стороны Палестины выступали бывшие члены «Черного сентября», только еще больше разжигал ярость израильтян. К их протестам в западных странах не прислушивались, поэтому Израиль решил заявить о своем недовольстве более прямолинейно.
Поскольку Яссин строил маршрут передвижения Бсейсо, он знал, что в последний момент тот решил поехать из Бонна в Париж на машине, а не лететь самолетом, и изменил отель с Le Méridien Etoile на Le Méridien Montparnasse. По иронии судьбы Бсейсо сделал это по соображениям безопасности.
881
Инцидент привел к отставке высокопоставленных чиновников Министерства иностранных дел и МВД, а также директора Красного Креста, который также являлся одним из главных советников президента Франсуа Миттерана. Los Angeles Times, February 4, 1992. Интервью с судьей Jean-Louis Bruguière, май 2000. Переписка между МИДом Франции и израильским посольством в Париже (архив автора, получено от источника Paul).
884
Интервью с Робертом Баэром (в присутствии Сеймура Херша), август 2011. Письмо от Роберта Баэра 1 февраля 2016.