До сих пор остается спорным вопрос о том, сумел ли «Моссад» убедить Нетаньяху в существовании логистических трудностей. «Нетаньяху сказал нам, что хочет осуществления этих операций без оставления каких-либо следов, – рассказывал Бен-Давид. – Руководитель “Кесарии” Хаим Х. сказал премьеру: “Я знаю, как проводить такие операции с помощью автоматов, пистолетов или бомб. Но у меня нет опыта, как сделать такие акции тихими. Когда вы наносите удар по цели, вы должны вступить с ней в реальный контакт, все вокруг все видят – это уже не тайна, и если что-то идет не так, вы не можете бросить оружие и убежать”. Нетаньяху ответил: “Важно, чтобы вы провели тихую операцию… потому что я не хочу рисковать нашими отношениями с Иорданией. – И добавил: – Хочу, чтобы лидеры ХАМАС были стерты с лица земли. Я не могу позволить, чтобы произошли другие атаки террористов-смертников”»[1157].
Наряду с этим бригадный генерал Шимон Шапира, помощник премьера по военным вопросам, который присутствовал на этих совещаниях, утверждал, что представители «Кесарии» никогда не говорили о том, что реализация ликвидаций в Иордании будет проблематичной. «Они создавали у нас впечатление, что это будет прогулка в парке, точно такая же акция, как если бы проводить ее в центре Тель-Авива, – говорил Шапира. – Все было просто. Никакого риска и никакой опасности, что что-то пойдет не так»[1158].
«Моссад» пришел к премьеру с новым списком потенциальных целей – четырьмя лидерами ХАМАС, проживающими в Иордании. Глаза у Нетаньяху загорелись[1159]. Одно из имен ему было известно – Муса Абу Марзук, руководитель политического отдела ХАМАС. Марзук безо всяких помех работал в США до тех пор, пока Израиль не потребовал его экстрадиции. Американцы на требование Тель-Авива согласились, но премьер Рабин решил от экстрадиции воздержаться, поскольку Шин Бет предупредила его, что в случае суда над Марзуком могут быть раскрыты ее источники информации. Вместо Израиля американцы депортировали Марзука в Иорданию.
Кроме всего прочего, Марзук был гражданином США[1160]. Это не беспокоило Нетаньяху – он был согласен с его ликвидацией, – но вызвало настороженность у «Моссада». Для того чтобы избежать возможных осложнений в отношениях с Америкой, «Моссад» поместил Марзука в самый конец списка целей. Его имя оказалось позади Халеда Машаля, заместителя Марзука, Мохаммеда Наззала, споуксмена ХАМАС, и Ибрагима Гошеха, одного из ведущих сотрудников политического крыла.
На каждого из них «Моссад» располагал лишь ограниченной информацией, а ресурсов и времени для того, чтобы заполнить пробелы в ней, было мало[1161]. «Целевое» убийство можно осуществить только при условии наличия достаточных разведсведений об объекте, поэтому было логично, что для операций в первую очередь выбирались цели, находившиеся в начале списка, хотя бы потому, что на них было больше информации. Таким образом, жизнь объекта, расположенного в конце списка, представлялась более безопасной.
Спустя восемь дней восемь оперативников из «Кидона» под командованием руководителя подразделения Джерри отправились в Иорданию на рекогносцировку. Они начали собирать информацию на Машаля, 41 года, который руководил деятельностью политического отдела ХАМАС из «Палестинского центра помощи», находившегося в одном из современных торговых центров в центральной части Аммана. За несколько дней израильтяне узнали, где он живет, как передвигается и как в основном строится его день. Оперативники уделяли мало времени Гошеху и Наззалу и совсем не занимались Марзуком. Когда группа вернулась в Израиль, «Моссад» доложил Нетаньяху, что на Машаля собрано достаточно информации для осуществления его ликвидации, однако в отношении остальных троих сведений получено мало.
Пока сотрудники «Кидона» собирали информацию в Иордании, оперативники в штаб-квартире «Моссада» прикидывали, как осуществить ту самую «тихую операцию», которую требовал Нетаньяху. Имелось в виду, что убийство не должно было вызвать возмущения общественности, привлечь внимание к исполнителям и в идеале вообще выглядело бы так, будто Машаль умер от естественных причин. Рассматривались и отвергались различные варианты, в том числе, например, ДТП, пока не остался один: отравление. В научно-техническом подразделении «Моссада» во взаимодействии с Израильским институтом биологических исследований, секретном государственном НИИ, расположенном в городе Нес-Циона, долго обсуждался вопрос, какое токсическое вещество применить. В конечном счете было принято решение об использовании левофентанила, аналога мощного опиоида фентанила[1162], в сто раз более сильного, чем морфин. (Фармацевтические компании, занимавшиеся изучением возможности применения левофентанила в хирургической анестезии, пришли к выводу о том, что уверенно контролировать действие этого вещества, чтобы избежать гибели пациентов, невозможно.)
1159
Интервью с Бен-Давидом, 15 января 2013. Request for the Extradition of Abu Marzook, Israeli Ministry of Justice, U. S. District Court for the Southern District of New York – 924 F. Supp. 565 (S.D.N.Y. 1996) (архив автора, получено от источника Mocha).
1161
Когда я рассказал Нетаньяху о том, что слышал от оперативников «Моссада», премьер-министр ответил, что никто им не манипулировал и он сам принял решение о включении Машаля в список целей для ликвидации. «Я чувствовал, что характер Машаля представлял для нас серьезные проблемы и он был очень опасен. Уже тогда мы видели в нем неуемное желание убивать нас. Оглядываясь назад и вспоминая о том, что он делал и как он стал «мотором» ХАМАС, я понимаю, что был прав, когда думал, что его исчезновение с лица Земли серьезно ослабит боевые возможности ХАМАС». Интервью с Нетаньяху, 3 июля 2007.
1162
Фентанил и некоторые его производные входят в Список II Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации. Ряд его производных внесены в Список I наркотических средств, оборот которых в Российской Федерации запрещен.