Несмотря на гибель Шарифа и арест многих его сообщников, в Шин Бет чувствовали, что в складывающемся пазле не хватает какой-то детали. В службе пришли к выводу о том, что против нее «работает структура, подобная осьминогу со многими щупальцами, в которой одна личность управляет по отдельности каждым из этих щупалец».
Новая система сбора и анализа информации, созданная в Шин Бет, которая следила за тысячами палестинцев, определенными как цели, начала пристально всматриваться в одного человека. Израильтяне выделили Аделя Авадаллаха, который стал руководителем военного крыла ХАМАС на Западном берегу, то есть «коллегой» Мухаммеда Дейфа в секторе Газа.
Авадаллах находился в списке подозреваемых уже в течение долгого времени. Однако благодаря существовавшей в ХАМАС сети поддержки, известной как «аппарат помощи и сервиса», который исполнял роль буфера между Авадаллахом и руководимыми им ячейками, его не удавалось на чем-то поймать, даже когда попадались его сообщники, выдававшие информацию на допросах.
Указанная система поддержки, позволявшая Аделю ускользать от преследования Шин Бет и в то же время организовывать многие террористические атаки, действовала под руководством его младшего брата Имада, которому удалось сбежать из тюрьмы Палестинской национальной администрации[1204]. Эта пара начала планировать следующую серию террористических атак, наиболее масштабные из которых предполагали организацию подрывов пяти начиненных взрывчаткой автомобилей в пяти крупнейших городах Израиля. Согласно плану первый взрыв должен был произойти в Тель-Авиве и вызвать множество жертв. После него израильскому правительству должен был быть предъявлен ультиматум: освободить всех палестинских заключенных, иначе будет подорвана следующая бомба, затем еще одна и так далее. Одновременно с этим братья планировали похищения израильских военнослужащих и видных политиков в качестве разменных карт при торге с правительством. В этих целях террористами было приобретено на черном рынке большое количество транквилизаторов. Среди лиц, которых террористы намеревались похитить, были Эхуд Ольмерт, бывший тогда мэром Иерусалима; Рафаэль Эйтан, в прошлом командующий Армией обороны Израиля, а теперь член кнессета и министр кабинета, и два бывших директора Шин Бет – Яаков Пери и Карми Гиллон.
Авадаллах был сильным в оперативном плане руководителем, но не был в курсе произошедших в Шин Бет изменений, включая создание системы массированного контроля телефонных переговоров – кто кому звонит, когда и где точно находится каждый из абонентов в момент звонка. И хотя сам Авадаллах телефоном пользовался редко, некоторые члены его команды делали это, позволяя отслеживать их передвижения и прослушивать разговоры.
Авадаллах также не знал, что его главным противником был, по словам Ами Аялона, «лучший руководитель операций, которого когда-либо имела служба»[1205]. Этим человеком был Юваль Дискин[1206], которого Аялон назначил начальником филиала Шин Бет в Иерусалиме и на Западном берегу, то есть в той части страны, где жили братья Авадаллахи и где они были наиболее активны.
Родившийся в 1956 году Дискин начал военную службу в армейском разведывательном подразделении «Шакед», поднявшись в должности до его командира. В 1978 году он пришел в Шин Бет и работал оперативником на палестинских территориях и в Ливане. Превосходно владел арабским и добивался отличных показателей, что обеспечило ему быстрое продвижение по службе. Дискин был очень жестким человеком и не боялся критически относиться ни к подчиненным, ни к начальству. Было ясно, что если ему удастся разгромить основные террористические сети ХАМАС на Западном берегу, он станет сильным кандидатом на должность директора общей службы безопасности Шин Бет.
«Адель подозревал всех и постоянно был начеку, – рассказывал Дискин. – Он доверял только своей сети связников под названием HUMINT, каждый из которых был подвергнут им испытанию на верность. Благодаря этой сети, он смог избегать провала в течение целого ряда лет. Вплоть до последнего момента подобраться к нему было очень трудно»[1207].
Причиной исключительной осторожности Аделя и Имада была судьба Мохиедина Шарифа и аресты многих их соратников[1208]. Они подозревали, что кто-то в ХАМАС, возможно занимавший видное положение в руководстве организации, сотрудничает с Израилем или Палестинской национальной администрацией, передавая противнику секретные сведения и в конечном счете предав Шарифа.
1204
По данным Шин Бет, братья имели отношение к ряду террористических атак, в которых погибли десятки и были ранены сотни израильтян. В число этих терактов входило и нападение на Café Apropos в Тель-Авиве 21 марта 1997 года, когда погибло 3 и было ранено 47 человек, две акции террористов-смертников 30 июля (15 человек погибли и 170 были ранены) и 4 сентября (5 погибших и 169 раненых). Они принимали участие в организации террористических нападений в Хевроне и Иерусалиме, где погибли 7 израильтян, а также в похищении и убийстве солдата Шарона Эдри 9 сентября 1996. Elimination of the Awadallah Brothers and Deciphering the Archive of the Military Arm of Hamas in Judea and Samaria, March 2014 (архив автора, получено от источника Twins).
1206
Дискин ввел в Шин Бет новую оперативную концепцию: большинству террористических актов, особенно атакам подрывников-смертников, предшествует ряд специфических действий террористических организаций, которые в значительной мере повторяются из теракта в теракт. Дискин утверждал, что эти действия оставляют за собой след как в цифровой сфере (коммуникации), так и в физическом мире. Если определить и идентифицировать их, будущие террористические акции можно предотвращать на ранних стадиях. Разработанная Дискином система спасла жизни многих израильтян в последующие десятилетия.