Дискин в Шин Бет и Яалон в Армии обороны должны были преодолеть немало устоявшихся бюрократических схем и и межличностных барьеров для того, чтобы собрать всех нужных людей в зале на втором этаже штаб-квартиры Шин Бет в Иерусалиме, получившем теперь вполне достойное название Военно-ситуационного центра (ВСЦ). Наиболее упорное сопротивление оказало подразделение 8200 АМАН (SIGINT), которое настаивало, что, наоборот, Шин Бет должна была прийти к ним.
11 декабря 1999 года все было готово для операции. Полученная Шин Бет информация свидетельствовала, что Батат собирался отправиться в свое укрытие в Бейт-Авве в течение ближайших дней. Сам дом и окружающая его местность находились под плотным наблюдением. В целях безопасности Батат не пользовался телефоном, но мобильник имелся у его водителя, и сотрудники Шин Бет контролировали перемещения аппарата. В Шин Бет установили, что 13 декабря мобильный телефон оказался в доме, недолго находился там и затем продолжил движение. Это явно указывало на то, что кто-то прибыл на машине в дом. Камера на дроне тоже захватила момент, когда машина остановилась, из нее кто-то вышел и прошел в дом. Агент сообщил о том, что Батат послал на крышу дома замаскированного наблюдателя, который должен был предупредить его о любых признаках опасности. Эта информация была введена в компьютеры управления дронами. Были активированы установленные на них тепловизоры. Они показали, что в укрытии на крыше дома действительно находится человек.
Принимая всю эту информацию во внимание, одетые под арабов бойцы спецподразделения «Дувдеван» (Вишня) заняли позиции в нескольких точках вокруг дома. Четверо из них укрылись под небольшой лестницей, имевшейся на внешней стороне стены. Они расположились поблизости от входа, но были невидимы для наблюдателя на крыше.
«11 часов ночи. Деревня спит. Сначала, когда в тебе еще бурлит адреналин, ты не боишься. Но позже, когда уже занял свою позицию, внутри созревает страх, – вспоминал Алон Кастиель, один из участников операции. – Мы получили разрешение командира отряда на открытие огня… Ликвидировали человека Батата на крыше. Возникла небольшая перестрелка. Через несколько секунд мы прекратили стрелять и замерли, чтобы прислушаться. Затем со стороны дома послышался шум, и на крыльцо выбежал Батат с пистолетом в руке. Весь отряд узнал его и открыл по нему огонь[1216]».
Впоследствии Армия обороны Израиля выпустила заявление, в котором говорилось, что одно из ее подразделений «столкнулось» с Бататом, а другое занималось его поимкой и ликвидировало террориста. Целью этого заявления было сокрытие от публики обширной разведывательной деятельности, которая сопровождала эту акцию.
Израильтянам стало ясно, что преобразования в Шин Бет и создание ВСЦ оказались эффективными. За последующие девять месяцев ВСЦ был задействован в успешном осуществлении 15 арестов и «целевых» убийств. Эта модель была построена на полной транспарентности в отношениях между спецслужбами и на методе «передачи эстафетной палочки» от одного подразделения к другому по мере развертывания операций.
Первым принципом работы модели ВСЦ является присутствие всех «сенсоров» – то есть осуществляющих операцию спецслужб – как в форме участия их представителей в работе ВСЦ, так и представлением получаемой ими развединформации в режиме реального времени. В Шин Бет была проведена большая работа по совмещению задействованных компьютерных систем: многочисленные стационарные компьютеры и программное обеспечение, использующиеся различными службами и подразделениями, стали совместимыми друг с другом и IT-оборудованием ВСЦ. Цель состояла в том, чтобы вся информация отражалась в ВСЦ в едином и понятном для всех формате. «Это превосходство в разведывательном обеспечении и объединение всех возможных источников в конечном счете и лежит в основе нашей способности поражать цели»[1217], – объяснял Яалон.
Для того чтобы реализовать второй принцип – «передачу эстафетной палочки», ВСЦ был фактически разделен на две части. Одна, находившаяся под контролем Шин Бет, называлась сектором развединформации. Именно здесь осуществлялся поиск конкретной цели операции. Иными словами, задача сектора развединформации состояла в том, чтобы обнаружить объект и установить его местонахождение, а также убедиться в том, что цель эта настоящая. Это называлось киношным термином «кадрирование»[1218].
1216
Убийство Батата, с точки зрения дисциплины, существовавшей в «Вишне», имело неприятные последствия. Тела Батата и Надера Масалма были доставлены в штаб подразделения, где участвовавшие в операции солдаты начали с ними позировать. «Скоро эти фотографии стали очень популярными, – вспоминал солдат Алон Кастиель. – В подразделении имелось немало фотокамер, и возникла фантастическая сутолока с этими фото. Все продолжалась где-то в течение двух часов. Я не сказал ни слова. Никто не думал о принципах морали. Это были трупы, а не живые люди. Твой офицер позирует с ними, и ты, конечно, не упрекнешь своего офицера… Ты смотришь на эти фотографии, а потом прячешь их в самый дальний угол своего дома, чтобы годами больше их не видеть. Все мне было противно. И я не знаю, что именно – эти мертвые тела или мое поведение. Обычно раз в год я смотрел на пакет с этими фотографиями, но никогда не раскрывал его. В конечном счете они были похоронены в углу какого-то шкафа или ящика». Официальный представитель Армии обороны Израиля заявил, что армия провела тщательное расследование и подвергла уголовному наказанию виновных в нарушении дисциплины. Интервью с Алоном Кастиелем, 29 мая 2016. См. также: