Напротив, в отношениях с Шин Бет Шарону было гораздо комфортнее. Он очень доверял шефу общей службы безопасности Ави Дихтеру. В войне с террором, являвшейся для Шарона высшим приоритетом, он все больше полагался на Шин Бет, поручая ей все больше операций и предоставляя все больше полномочий.
В начальный период второй интифады значительное число тех, кто участвовал в террористических атаках в предыдущее десятилетие, сидели в тюрьмах, которые контролировались Палестинской национальной администрацией.
После того как акции подрывников-смертников в 1996 году привели к краху правительства Шимона Переса и подорвали мирный процесс, Арафат понял, что должен держать за решеткой лидеров ХАМАС и «Исламского джихада» хотя бы до тех пор, пока ведутся переговоры с Израилем. Но через шесть месяцев, начиная с октября 2001 года, Арафат приказал начать выпускать заключенных.
И снова в Армии обороны Израиля сочли, что Арафат стремится спровоцировать новую волну атак на Израиль, тогда как в Шин Бет полагали, что он просто отчаянно пытается не уступить ХАМАС поддержку палестинцев. К тому времени сотни палестинцев погибли в интифаде, тогда как жертв среди израильских солдат и поселенцев было относительно немного. Но акции террористов-смертников из ХАМАС стали выравнивать этот страшный баланс. «Чем больше акций шахидов осуществлялось и достигало своих результатов, тем больше возрастала поддержка ХАМАС со стороны населения», – говорил Юваль Дискин, заместитель руководителя Шин Бет[1248].
Гибель братьев Авадаллахов и утрата архивов явились мощными ударами по ХАМАС, однако под руководством шейха Ясина эта организация начала постепенно восстанавливаться. И по мере укрепления она стала все больше использовать акции террористов-смертников против гражданского населения Израиля.
18 мая 2001 года боевик ХАМАС, одетый в длинное синее пальто, подошел к посту охраны возле торгового центра Ха-Шарон в Нетании. Он вызвал подозрения у охранников, которые не дали ему зайти внутрь, а затем подорвал себя, убив пятерых прохожих. 1 июня другой террорист-смертник в очереди на дискотеку на пляже в Тель-Авиве убил 21 юношу и девушку, в большинстве своем новых евреев-иммигрантов из России. Владелец танцевального заведения Шломо Коэн служил ранее в спецчастях военно-морского флота. «Это было самое ужасное зрелище, которое я видел в своей жизни», – вспоминал он с отчаянием в глазах[1249].
К началу ноября террористические акции подрывников-смертников осуществлялись на территории Израиля почти каждую неделю, иногда с разницей в несколько дней. 1 декабря трое смертников последовательно привели в действие свои адские машины, убив 11 человек в пешеходной зоне возле торгового центра Бен-Иегуда – в том самом месте, где произошел взрыв в 1997 году, повлекший за собой неудачную попытку ликвидации Халеда Машаля. На следующий день человек из Наблуса подорвал себя на автобусной остановке в Хайфе. В результате погибли 15 человек и 40 были ранены. «Мы стоим перед лицом тотального наступления»[1250], – сказал командующий полицейскими силами Северного округа, прибыв на место ЧП.
Наступление не прекращалось. Только за март 2002 года в результате атак смертников погибло 138 мужчин, женщин и детей; еще 683 было ранено[1251]. Самая ужасная атака произошла на Пасху, в лобби гостиницы Park Hotel в Нетании, где проходило благотворительное мероприятие – ритуальный ужин Седер для 250 инвалидов и людей с ограниченными возможностями. Террорист-смертник, переодетый правоверной еврейской девушкой, вошел в зал и подорвал себя, убив 30 человек (самому молодому было двадцать лет, самому старому – девяносто) и ранив 143. Джордж Якобовиц, родившийся в Венгрии и выживший в нацистских лагерях смерти, был в том зале вместе со своей женой Анной, тоже жертвой холокоста из Венгрии. Они праздновали Седер вместе с Андреем Фрайдом, сыном Анны от предыдущего брака, и его женой Эдит. Все четверо погибли.
Как говорит тогдашний директор Шин Бет Ави Дихтер: «2002-й был худшим годом с точки зрения атак против нас со времени образования государства Израиль»[1252].
Начальник Генерального штаба Мофаз говорил: «Это была национальная трагедия. Она обернулась потерями жизней наших соотечественников, ущербом для нашей национальной безопасности и экономики. Иссякли туристические потоки, люди боялись ходить в магазины и торговые центры, сидеть в ресторанах и ездить на автобусах»[1253].
1250
1251
Special Committee for Examining the Targeted Killing of Salah Shehadeh, 21 February 2011 (архив автора, получено от источника Ellis).