Израильтяне знали о планировавшейся церемонии и параде, однако Шарон приказал Шин Бет и ВВС избежать огня из опасений нанесения удара по невинным людям, а также из-за присутствия множества представителей СМИ и телевидения, которые показали бы любое израильское нападение в прямом эфире.
Тем не менее к тому времени Шарон уже успел санкционировать ликвидацию нового лидера ХАМАС. Принять это решение было гораздо проще. У Рантиси не было такого религиозного авторитета, и он не являлся признанной международным сообществом политической фигурой арабского мира. Его участие в террористической деятельности не подвергалось сомнению, а кроме того, теперь уже был создан прецедент: ликвидирован мог быть любой лидер ХАМАС.
Рантиси был предусмотрительным и старался обмануть преследователей, перескакивая, как белка, из одного убежища в другое, используя парики и различные кодовые клички на своих мобильных телефонах. Однако для станции в Турбане наблюдение за ним не представляло трудностей[1386]. 17 апреля, спустя всего две недели после инаугурации в качестве лидера ХАМАС, он отправился домой, чтобы сделать последние приготовления к свадьбе сына, Ахмеда. Это был очень короткий визит: он дал жене денег на завершение приготовлений и уехал.
Рантиси ехал по улице аль-Джалаа, когда в его «субару» ударила ракета Brushlet[1387].
Толпа в несколько сот человек окружила обгорелые останки автомашины. Врачи скорой помощи напрасно старались спасти жизни Рантиси и двух его помощников, находившихся вместе с ним в автомобиле. На фотографии агентства Reuters, обошедшей весь мир, были запечатлены плачущие люди. Один мужчина высоко поднял в воздух руки, залитые кровью убитого лидера.
«Он был педиатром, занимающимся в основном убийством детей», – сказал прессе Мофаз. Окружение Шарона пояснило скрытое в этой фразе предупреждение. Один из близких к премьеру помощников сказал: «Арафат должен себе взять на заметку, что любой, чьим делом является террор, должен быть очень внимательным к своей судьбе»[1388].
Убийство Рантиси к середине 2010-х годов стало 168-м «целевым» убийством со времени начала интифады. К тому моменту операция «Собирая анемоны» успешно загнала ХАМАС в состояние шока и сомнений. Совет Шуры немедленно назначил на место Рантиси преемника, но это была незначительная фигура, чье имя держалось в секрете, чтобы избежать покушений. Все ответственные деятели ХАМАС приняли крайние меры, чтобы выжить под наблюдением Израиля, эффективно тратя свое время в основном на то, чтобы остаться в живых.
Опубликованная на веб-сайте ХАМАС декларация констатировала: «Сионистскому врагу удалось убить многих наших сражающихся братьев, и сейчас нам крайне необходим каждый чистый боец. Нет никакого сомнения в том, что одной из главных причин успеха врага является наша неосмотрительность. Ведь электронные самолеты-шпионы никогда не покидают воздушного пространства Газы. Много глаз, которые выполняют эту задачу, не знают сна, а израильские вертолеты Apache всегда наготове со своим ракетами и только и выжидают подходящей возможности. Вы являетесь целью для убийства каждый день, даже каждый час каждого дня».
Через две недели после убийства Рантиси министр госбезопасности Египта и второй по объему власти в каирском режиме после президента Мубарака генерал Омар Сулейман прибыл в Израиль для экстренной встречи с Мофазом, Яалоном и Дихтером. «Я привез послание о примирении», – сказал Сулейман. Он передал предложение ХАМАС о перемирии, существо которого состояло в положении: «не будет убийств, не будет и террористических атак».
Мофаз поблагодарил Сулеймана за приезд. Он сказал ему, что, как и всегда, усилия Египта по организации примирения в регионе приветствуются. Но больше обсуждать было нечего. Мофаз сказал, что не прекратит политику «целевых» убийств в общем и кампанию по ликвидации лидеров ХАМАС в частности.
Сулейман рассердился. «Я проделал этот путь из Каира и привез вам предложение прекратить террористические атаки. Вы ведь этого хотели. Почему же вы настаиваете на продолжении своей политики?»
«Перемирие нужно ХАМАС, чтобы укрепить свои ряды, – ответил Мо-фаз. – Мы должны разбить их, а не дать им возможность сделать передышку»[1389].
Сулейман встретился с Шароном, который тепло приветствовал его, но не уступил ни пяди[1390]. «Позиция нашего верховного командования состоит в том, чтобы не соглашаться на перемирие, – сказал он. – Я не могу противостоять своим генералам». Шарон предложил единственное: Израиль продолжит внимательно наблюдать за поведением ХАМАС.
1387
Видеозапись «Уничтожения файла», то есть ликвидации Рантиси, была показана автору источником Hilton.
1389
Разговор реконструирован по моему интервью с Мофазом, 14 июня 2011, и записи, которую Мофаз сделал в своей записной книжке в тот день.