Однако для Бен-Гуриона его решение оказалось запоздалым. Кампания Хареля против немецких ученых сыграла на руку лидеру оппозиции Бегину, который никогда не прекращал своих атак против Бен-Гуриона. Даже внутри собственной партии Бен-Гуриона, «Мапай», ситуация дошла до точки кипения. Бен-Гурион постоянно спорил с Голдой Меир, выступавшей главным сторонником Хареля[195].
Менее чем через два месяца после замены Хареля Бен-Гурион, убежденный в том, что потерял поддержку своей партии, подал в отставку. Его сменил Леви Эшкол.
Тем временем Египет не прекращал эксперименты с системой наведения для ракет, которые могли бы уничтожить Израиль.
Меир Амит, один из блестящих командиров – разработчик Синайской кампании 1956 года, которому удалось превратить Департамент военной разведки в структуру, опередившую свое время на несколько поколений, – принял под свое начало «Моссад», находившийся в состоянии упадка[196].
Ведомство было глубоко деморализовано. За девять месяцев, что прошли с момента объявления Египтом о четырех ракетных испытаниях, израильтяне узнали о программе на удивление мало. Все, что до сих пор предпринимали «Моссад» и АМАН, не смогло даже замедлить продвижение ракетного проекта, не говоря уж о его остановке. Давление на Германию – будь то посредством самоубийственной кампании Хареля в СМИ или яростных речей Голды Меир в кнессете – результатов не принесло. Когда позднее тем летом Эшкол направил канцлеру Конраду Аденауэру жесткое послание, в котором потребовал от немецкой стороны немедленных действий по возвращению немецких ученых из Египта, это тоже не ускорило процесс. Как докладывали израильские дипломаты в МИД в Иерусалим, они могли только предполагать, «что Аденауэр и другие руководители ФРГ были заняты более важными проблемами», например, «решением вопросов холодной войны после Карибского кризиса»[197].
Амир взялся за перестройку организации, усиливая ее лучшими профессионалами из тех, кого знал по АМАН. Приняв дела, он сразу же приказал остановить операции, которые считал чужеродными, и резко сократить ресурсы, затрачиваемые на охоту за нацистскими преступниками[198], объяснив, что «речь идет о правильной расстановке приоритетов. Мы должны прежде всего сконцентрироваться на сборе информации о сегодняшних врагах государства Израиль».
Амит понимал, что ему нужно реформировать тактику «Моссада» и что организация должна пересмотреть свой подход к проблеме египетских ракет. В результате его первым приказом был отход от «целевых» убийств и сосредоточение главных ресурсов службы на том, чтобы узнать, что конкретно происходит внутри ракетного проекта.
Однако в глубокой тайне, недоступной даже для многих руководителей «Моссада», Амит создал собственный проект «целевых» ликвидаций немецких ученых. Исполнители этого проекта пытались найти возможности отправки «почтовых» бомб непосредственно из Египта, чтобы максимально сократить время между их отсылкой и вскрытием адресатами. Оперативники опробовали это метод на относительно простой цели – докторе Гансе Эйзеле. 5 сентября в почтовом отделении одного из пригородов Каира, Маади, взорвалось письмо-бомба, адресованное Карлу Дебуше, под именем которого скрывался Эйзель, лишившая зрения почтового служащего[199].
Неудача этой акции убедила Амита в том, что «целевые» убийства следует осуществлять очень избирательно[200]. Если не в качестве последнего из возможных средств, то хотя бы после тщательного планирования акций с тем, чтобы избежать досадных провалов. И все же Амит приказал оперативникам «Моссада» готовить планы операций по устранению немецких ученых с помощью стрельбы, взрывов или отравлений, на тот случай, если усилия по мирному разрешению проблемы не сработают.
Амит потребовал активизировать проникновения во все офисы немецких и швейцарских компаний, связанных с ракетным проектом, и фотографировать как можно больше обнаруженных там документов. Эти операции были очень сложными. Объекты их проведения хорошо охранялись – как египетскими разведслужбами, так и людьми Германа Адольфа Валлентина; они располагались в центре густонаселенных европейских городов, в странах с эффективной системой исполнения законов.
Оперативники «Моссада» проникали в египетские посольства, египетскую торговую миссию в Кёльне, в офис компании Intra. А в помещение представительства авиакомпании EgyptAir они за период с августа 1964-го по декабрь 1966 года проникали не менее 56 раз.
195
Стычка между Бен-Гурионом и Голдой Меир по вопросу о немецких ученых была одной из многих в череде острых столкновений между лидерами Партии труда, часть которых свидетельствовала о снижении поддержки «старика», как называли Бен-Гуриона, и борьбе за его замену. Меир и ее союзники по старой гвардии опасались, что Бен-Гурион передаст бразды правления через их головы представителям молодого поколения Даяну и Пересу. См.:
196
Интервью с Амитом, апрель 2006. Руководитель АМАН и исполняющий обязанности директора «Моссада» Амит министру обороны: Preliminary thoughts on reorganization of the intelligence community (Предварительные соображения о реорганизации разведсообщества), May 20, 1963, MODA 24–64–2012.
197
Из израильской миссии в Кёльне в МИД Израиля 20 сентября 1963 (архив автора, получено от Paul).
198
Среди выгодополучателей от этого эдикта был 53-летний немецкий врач Йозеф Менгеле, «ангел смерти» из концлагеря Аушвиц. В середине 1962 года, в свете успешного похищения Эйхмана, Харель приказал осуществить операцию «Бис» по сбору и изучению информации в отношении «Мельтцера» (кодовое имя Менгеле). 23 июля 1962 года, как раз во время испытаний ракет в Египте, Цви Аарони и Цви Мальхин идентифицировали человека, очень похожего на Менгеле, на одной из ферм в Бразилии. Однако Харель приказал, чтобы работа по объектам «Чистильщиков» («Цифоним» на иврите), как в «Моссаде» зашифрованно называли операции по поиску нацистов, была приостановлена, и в октябре 1963 года дал указание подразделению «Перекресток» «заниматься этими вопросами только по мере возможностей, в дополнение к проведению основных акций». Менгеле прожил еще десятилетие до того, как утонул в море на бразильском побережье в 1979 году. См.: Mossad. History Department. Looking for the Needle in the Haystack: Following the Footsteps of Josef Mengele. 2007. P. 65–78 (архив автора, получено от Midburn). Интервью с Цви Аарони, июль 1998, Амрамом Аарони, 21 октября 2011, Эйтаном, 1 ноября 2012, Меданом, июнь 2015, и Амитом, май 2005. См.:
199
Интервью с Самиром Раафатом, сентябрь 1995, и Ротбергом, 5 марта 2015. См.:
200
Mossad. German Scientists Dossier. P. 80. Интервью с Амитом, апрель 2006, и Эйтаном, 1 ноября 2012.