— Так вот почему ты так старалась…
— Если бы я не успела первой, то тебя мог найти кто-нибудь еще. Заказ был свободным — его мог взять любой незанятый наемник. Учитывая внушительность суммы вознаграждения, стоит считать, что по твоим следам идет немало специалистов своего дела.
— А кто, кто заказал? — беспокоился Шварц.
Ками повела на толстяка бровью. Раньше я у нее такого жеста не замечал.
Что же, это было красиво.
— Обычно, когда делают заказ на убийство, особенно — свободный заказ, клиенты хотят оставаться инкогнито, — невинно сообщила девушка. — Но о вашей экспедиции знали, так что я получила ваш приблизительный маршрут и предполагаемое время появления в контрольных точках…
Опаньки, приехали!
— Дело становится все интереснее, — проворчал Шварц.
«Выходит, Чаушев был прав, когда говорил, что есть силы, заинтересованные в том, чтобы эта поездка не состоялась. И я оказался крайним в этой считалке на выбывание, — уныло подумал я. — Лёха-Лёха, ты опять протупил, брат! Снова умные дяди играют тобой как пешкой!»
— Неужели Зоровиц с Чаушевым увлеклись шпионскими играми? — сделал предположение Шварц. — Иначе с чего кому-то заказывать Проходимца? Послали какую-то инфернальную деву, право дело! Скажите, гм… скажите, милая девица, откуда у вас такие технологии? Принцип действия брони основан на поглощении энергии, как мне кажется?
— Это не должно вас касаться, милый старичок, — отпарировала Ками.
Фридрих Францевич засопел словно паровой котел с неисправным предохранительным клапаном. Очевидно, обращение «старичок» Шварца никак не устраивало.
— Видите ли, Мефистофелева дамочка, мой возраст…
Глухие, гулкие удары заставили умолкнуть «специалиста по сложным ситуациям». Что-то происходило позади, в тех местах, которые вездеход уже покинул.
— Модуль ведет бой с бронетехникой, — сказала Ками изменившимся голосом.
Шварц оглянулся на нее и отпрянул. Мне некогда было оборачиваться — я следил за дорогой, — но можно было догадаться, что девушка снова закрыла лицо черной чешуей и через системы костюма наблюдает за действиями своего модуля. Удары участились, прокатилась россыпь мелких хлопков — ну просто отзвуки праздничного салюта, очень схоже.
— Что там? — пропыхтел Фридрих Францевич.
— Слишком много, слишком, — ровным тоном произнесла Ками. — Я и не думала, что сюда направляется целая армия! Машины какие-то допотопные, но количество… Лё-ша, если хочешь, я передам тебе изображение.
Я не успел ничего ответить или просто сообразить, как на фоне подсвеченного очками Древнего Пути мелькнули какие-то надписи, и перед глазами тут же развернулась полная световых вспышек картина. Я даже шарахнулся назад, ударившись затылком о подголовник кресла, а руки непроизвольно вывернули руль влево, чтобы избежать столкновения с ринувшейся на меня тупорылой мордой бронетранспортера. Вездеход тут же занесло.
Панический вопль Шварца отрезвил меня, заставив вывернуть руль обратно, снова подрулить в сторону заноса, а затем попросту сорвать очки, чтобы сориентироваться в рычагах управления вездеходом.
— Прекрати это! — Я сбросил скорость и выжал рычаг тормоза.
Вездеход подпрыгнул, правыми колесами слетев с брусчатки. Еще немного, и он вмазался бы в стену джунглей, но нас выручил поперечный размах Древнего Пути, как, впрочем, и широченная колея[24] вездехода.
Я с шумом выдохнул, провел ладонью по лицу. В кабине царил полумрак, особенно густой после тактических очков. Сами очки лежали у меня в ногах, испуская частые вспышки света, и в отблесках этих вспышек я разглядел встревоженное лицо Шварца.
— Вы как, Алексей?
— Устал до безобразия, — признался я. — Как-то разом навалилось… Кажется, руки поднять трудно. Такие вот дела. Может, вы дальше поведете?
— Прости, Лё-ша, — тихо произнесла из-за спинки кресла Ками. — Глупо получилось.
Я промолчал, не желая ничего говорить. Тело действительно захлестнула волна слабости, завладела каждой частичкой, поволокла куда-то, перед глазами поплыли цветные круги…
Пшик!
Я поначалу даже не отреагировал на укол в шею, но легкое жжение быстро разрослось, охватывая все большие территории, заставляя тело скорчиться от огня, разлившегося в мышцах. Кажется, я даже задергался в судорогах, хватая воздух ртом. Наконец огонь отступил, мышцы стали расслабляться, и я снова принял сидячее положение. В ушах завибрировал возмущенный вопль Шварца:
24