Он кивнул, и я быстро добавила, предваряя любые реплики:
— Есть способ избежать патологий и длительного восстановления. Но потребуется твоя помощь.
— Всё, что в моих силах, — предложил без промедления.
— Оборот, — ошарашила информацией и зачастила: — Самый быстрый и действенный способ вправить позвонок. Счет идет в часах, осталось немного времени до хронических изменений.
— Зов, — быстро сообразил Марк. Свел брови. Я ждала решения, не стесняясь умолять взглядом. Он сдался: — Хорошо. Я свяжусь со Старком и найду способ поторопить его.
— Не нужно никому звонить! — запаниковала я, вновь на секунду ощутив пальцы рук. — Помощь Старка бессмысленна. Я не член его стаи.
Мужчина покачал головой.
— Не принимай желаемое за действительное. Одной прогулки недостаточно, чтобы образовалось тесная связь.
Он был прав, разумеется. Единожды возглавленная охота не повод считать себя одним целым с чужим кланом. Но суть не в прогулке, а изначально неверных выводах. Я обернулась не потому, что хотела закадрить вожака, а потому что услышала зов и не смогла сопротивляться.
Так я ему и сказала, добившись воистину бесценной реакции. За долгую историю нашего знакомства что-то похожее наблюдалось, когда он впервые ощупал мою задницу. Я, еще не осознавшая перспективы его интереса, от души вмазала по наглой роже. Марк тогда уже добился признания бойцов своей возрастной группы и надо мной возвышался на добрые шесть дюймов[14], так что сопротивления от девчонки застало врасплох. Помню, он растерялся, балансируя меж двух крайностей: не спустить обиду или не трогать самку своей стаи.
Ныне дилемма не стояла, а вот мироздание снова пошатнулось.
— Как это возможно? — выдавил он.
Пришлось отвечать беззаботно, не выказывая собственного отношения к тому факту, что за четырнадцать лет не возникла зависимость от другого альфы.
— Когда я вышла за Андреаса, была очень молода. Он боялся, что не сможет защитить меня в полнолуние, и предложил альтернативу. Я согласилась.
— Альтернативу?
Я отстраненно порадовалась, что тело не выдаст мою тайну непроизвольной дрожью.
— Ну да. Это долгая история, и она ждет. В отличие от моего здоровья.
Слова оказали волшебный эффект. Марк развил бурную деятельность, общаясь с Солом и мистером Грином параллельно. Доктор, узнав правду, воодушевился и забегал кругами. Картер обеспечил теле- и радиоинформирование о запрете покидать дома, прервавшее центральное вещание, а для оторванных от мобильной реальности задействовали старенькие громкоговорители. Меня со всеми предосторожностями доставили на опушку леса.
Мистер Грин, покидая нас, смотрел печально: оставаться ему не имело смысла, зов потянет за собой. Осмотреть волчицу тоже не получится: поведение зверя непредсказуемо, запах человека слишком резок для обоняния. Оставались отслеживание маршрута по немногочисленным камерам и определение примерного местонахождения к утру.
Марк раздевался. Потянулся до хруста, поймал мой взгляд. В его зрачок я провалилась быстрее, чем обычно в тень. Шее стало горячо-горячо. Жалобный стон перешел в скулеж. Помню, лица — морды?.. — в знак утешения коснулся шершавый язык.
Дамиан в раздражении хлопнул дверью гостиничного номера. Из спальни не доносилось ни звука, Урсула таилась, боясь наказания. Разумно, но бесполезно: кипящий гнев выплеснется так или иначе. Мужчина встал под душ, томя фаворитку отсрочкой неизбежного. Улыбнулся, вспомнив, как вытянулось лицо ублюдка, когда его сучка упала. Сломленный враг — вот источник подлинного наслаждения.
Член поднялся, и Дамиан решил воспользоваться услугами Урсулы напоследок. Жадная до власти шлюха задолжала стае за проигрыш. Как она посмела прилюдно сдаться?! Альфы бьются насмерть, и нет никаких причин делать исключение для самок. Редарче идиот, если всерьез верил, что это схватка ради формальной победы, повышения некоего «престижа». На кой хрен им уважение других кланов? Только территория имеет значение. Разве справедливо, что Редарче достался кусочек рая, зеленый оазис с благоприятными климатическими условиями, пресноводными подземными водами и рекой, а их ближайшему соседу — безжизненная степь да колючки?! Предприимчивые люди разводили крупный рогатый скот, но черта с два Дамиан позволит своей стае превратиться в сборище ковбоев.
Оборотень-пастух. Что за нелепость!
Шуга годами присматривались к земле Редарче. Шанс прибрать к рукам завидное местечко замаячил на горизонте, когда старый альфа помер, а на нового посыпались вызовы. Если бы Маркуса убили, единственной наследницей по кровной линии осталась бы Лизистрэйт. Редарче-старший, небось, не предвидел такого развития сюжета, когда подкладывал дочурку под вожака соседней стаи.