Я отошла, и она ещё раз стукнула по кристаллу. Талисман ярко вспыхнул, и послышался раскат грома. Генерал дёрнулась, начала кашлять и глотать воздух, затем перевернулась набок и её стошнило. Она выругалась, а потом немедленно спросила, — Рейсвинд? — В её глазах была смесь из надежды и страха, которую я знала слишком хорошо.
— Я сожалею, — это было всё что я могла сказать.
Она закрыла глаза, сделала короткий вдох, в то время как Рампейдж прижала основание своего копыта к горлу генерала.
— Хм. Вам нужно поберечь себя, генерал. Пульс слабый, но стабильный. Обычно для получения результата требуется две или три попытки, если вообще получается. Не двигайтесь, и мы поглядим, что у нас вышло.
— Нас всё ещё атакуют? — спросила она.
— Циклон и Слит заслоняют нас. Сирокко и Вьюга даже не пытались перехватить их летунов. Противник прошел мимо них абсолютно беспрепятственно, — доложила кобыла с мостика.
— Я собираюсь лично ободрать этих двоих, — рыча, пробормотала генерал.
— В смысле отодрать? В том самом смысле? — спросила я озадаченно.
— Нет. Ощипать. Это ещё хуже, и включает в себя выбрасывание их за борт.
«Ого».
— Что ж, похоже ты ещё сможешь вломить им. Это была хорошая схватка, особенно против киберизированных пони.
В ответ она зарычала и проворчала:
— Угх… боевые действия — удел рядовых. Поднимите меня.
— Не вставайте, вам нужно лежать ещё как минимум три минуты. Нужно убедиться что твое состояние стабилизировано, — сказала Рампейдж, — С другой стороны, я заставлю их перенести вас в медотсек и поставить Блекджек во главе.
Я моргнула.
— Нет. Ни за что! Это плохая идея. Охрененно плохая идея. Я не могу придумать что делать с кораблем, кроме как: «стрелять» и «идти на таран»!
— И поэтому, генерал будет ко мне снисходительна и отдохнёт ещё чуть-чуть, перед тем, как вновь заберётся в командирское кресло, — ответила Рампейдж, улыбаясь ослабленной, но в тоже время злой кобыле.
Сторм Чайзер отчетливо нервничала в нетерпении, но смягчилась.
— С каких это пор ты стала доктором? Я думала ты что-то вроде дикаря из Пустошей?
— Это сложно. Даже я не понимаю этого, — сказала она, а затем посмотрела на меня, — Итак, Блекджек, как у тебя обстоят дела с твоими саморазрушительными наклонностями?
Сейчас определенно было не самое лучшее время для очередного сеанса терапии, но я догадывалась что в данном случае от меня ничего не зависело.
— Ну… Я… полагаю, что лучше. Судя по всему, я всё-ещё являюсь любимой жевательной игрушкой[6] Пустоши, но я сомневаюсь в том, что… — и тут я моргнула, — Постой! Ты намного более осведомлен, чем в последний раз когда мы с тобой общались.
— Да, — ответил доктор с непонятной улыбкой. — Я тоже весьма удивлен этому. Прежде, это было похоже на пребывание в другом мире со стенами из твердого дыма. Но понемногу, дым рассеивался. Многое стало ясным и понятным. Например, я осознаю что я душа в талисмане, а не пони летящий домой в Мэйнхеттен после конференции. Совершенно изумительно, даже не смотря на то, что я всё ещё ожидаю, будто проснусь и обнаружу себя размазанным по земле после авиакатастрофы.
— Воспоминания помогают? — спросила я.
Она кивнула.
— В некоторой степени. Я также ощущаю других со мной… кто-то из них также ощущают и меня, кто-то нет, — её улыбка увяла, когда доктор произнёс: — Я пытался лечить Ангела. Она… сложный пациент. Но всё же, покуда я нахожусь внутри, это хоть как-то нас занимает. Каждый раз, когда мы переживаем новое воспоминание это… соединяет нас.
Я сглотнула, страшась следующего вопроса.
— Что насчет Рампейдж? Ты ощу… в смысле, она с вами… там, внутри?
Она подняла копыто привычным жестом, чтобы поправить очки, которых не было.
— Не знаю. Когда я здесь, то не ощущаю того что происходит «внутри». И когда я не здесь, это похоже на попытки высмотреть что-нибудь сквозь туман. Я не могу дать тебе определенный ответ. Прости.
— Я полагаю, что «не знаю» лучше чем «нет», — вздохнула я. — Что ж, рада, что ты способен помочь другим «там». А что до меня, я пинаю себя за то, насколько сильно я недооценила Лайтхувза. Я могла поклясться, что он собирается сдаться… но похоже, что он развил бурную деятельность.
6
Жевательная игрушка — игрушка созданная для того, чтобы животные могли жевать её, а не хозяйские туфли, когда им скучно. Изготавливаются из какого-нибудь достаточно мягкого и безопасного для здоровья животного материала, включая сыромятную кожу, дерево, бумагу, и некоторые минералы. Обычно ассоциируются с собаками и, в особенности, щенками, но помимо этого они нужны птицам, грызунам и кроликам. В отечественных зоомагазинах называется просто: «Игрушка для собаки» и имеют самое разное исполнение. — примечание переводчика.