Выбрать главу

— Вы поймали рыбу, сэр, — улыбнулся Бен. — А мы принесём дрова.

Он поспешил к деревьям, а Нед, опередив его, поделился с ним мыслью: «Хлеб и рыба! Что может быть лучше, когда ты голоден!»

У рыбака даже нашлась сковородка. Он выпотрошил несколько скумбрий, отрезал головы и бросил рыбу на сковородку вместе с травами и нарезанным луком. После этого мужчина стащил с себя плащ и большим пальцем показал на волны залива.

— Высокий прилив — лучшее время для ловли рыбы сетью в здешних местах, только нужно поторопиться, а то не успеешь оглянуться, начнётся отлив, и ты уже застрял на мели.

Когда незнакомец снял плащ, Бен увидел белый воротничок и поношенную, потёртую чёрную сутану. Священник!

Нед растянулся на тёплом песке. «Ха-ха! Священник! — обрадованно просигналил он Бену. — Вот тебе и отец, не имеющий детей! Это он, Бен!»

Священник передал Бену хлеб, которого с лихвой хватило обоим друзьям.

— Итак, что вы делаете на этой заброшенной части берега?

Бен отдал половину хлеба Неду.

— Мы просто странники, отец, мы идём вдоль берега в Испанию. Это не очень далеко. А вы живёте где-то здесь?

Священник проверил, хорошо ли поджарились шесть скумбрий, которые он положил на сковородку, и перевернул их ножом.

— Я живу в пригороде Аркашона. У меня там небольшой приход, совсем маленький и бедный… Мы даже собираемся на службы у меня дома, церковь разрушилась давным-давно. Обычная история — фундамент из песка, дешёвые материалы.

Бен заметил в судёнышке целую гору серебристой, в чёрных полосах рыбы.

— Вы прошли мимо своего ремесла, отец, вы же хороший рыбак, столько рыбы наловили!

Священник сокрушённо покачал головой.

— Моя паства и я живём коммуной, помогая друг другу. Чопард — наш рыбак — на прошлой неделе сломал руку, вот я и взял на себя его работу, пока рука у него не заживёт. Здесь живут люди простые, но добрые, я называю их своими детьми, а, как вы понимаете, детей надо кормить.

Рыба была вкусная. Все ели её молча, стараясь утолить голод.

Первым трапезу закончил Нед и мгновенно передал Бену: «Посмотри на лицо священника, кого оно тебе напоминает?»

Бен внимательно взглянул в лицо святого отца. Нед не ошибся, Бен увидел что-то знакомое в глазах, сильную челюсть, знакомую форму носа и жёсткие тёмные усы. Почти не задумываясь, Бен выпалил:

— Я плавал когда-то, и у меня был друг, он был как раз из здешних мест, из Аркашона.

Священник облизал пальцы и бросил в костёр рыбные кости.

— Из Аркашона, говоришь? А как его звали? Может быть, я его знаю. Из нашего прихода многие ушли в море.

Бен назвал имя покойного капитана пиратского корабля.

— Рафаэль Турон.

Глаза святого отца округлились от удивления. Нед с укоризной заметил Бену: «Полегче, приятель, будь осторожнее. Следи за тем, что говоришь. Если понадобится, лучше солги!»

Священник схватил Бена за плечо такой же сильной рукой, какая была у капитана.

— Рафаэль Турон… мой брат. А человек, которого вы знали, он лет на восемь старше меня?

Бен отвёл глаза от горящего взгляда священника.

— Да, примерно так, святой отец. Насколько я помню, он был очень похож на вас. А ваш брат сбежал из дома и стал моряком?

Святой отец пристально смотрел в огонь.

— Да, наши родители были бедные крестьяне. Они хотели, чтобы Рафаэль когда-нибудь стал священником, но с ним никакого сладу не было, он вечно попадал в какие-то переделки, жить не мог без приключений. — Священник улыбнулся. — Он и меня втягивал в разные истории, но брат он был хороший. Пожалуйста, расскажите мне всё, что вы о нём знаете. Как он сейчас? Рафаэль говорил, что ему только выбраться бы из этих мест, а там уж, в дальних странах, он разбогатеет. Интересно, удалось ему это?

Обдумывая ответ, Бен передал Неду: «Нельзя лгать такому хорошему человеку. Если мы хотим помочь ему и его детям, лучше сказать правду». Нед ответил: «Верно, приятель, только не проговорись про Ангела».

Бен мягко высвободился из рук священника.

— У меня для вас есть новости и хорошие, и плохие, Мэтью.

Священник заглянул в загадочные голубые глаза юноши.

— Вы знаете, как меня зовут? — удивился он. Бен встретился с ним взглядом.

— Ваш брат рассказал мне о вас, когда я впервые с ним встретился. Он был одним из самых прекрасных людей, каких мне довелось знать. — Глаза Бена выдали то, что он старался скрыть.

Отвернувшись, отец Мэтью Турон наблюдал, как начинается отлив.

— Рафаэль умер?

Бен глубоко вздохнул. Смягчить удар не было никакой возможности.

— Да, святой отец. Капитан Рафаэль Турон умер.

Наступило молчание, губы священника медленно шевелились, — видно, он возносил молитвы за упокой души своего брата. Бен и Нед молчали, наблюдая за ним. Вытерев глаза рваным рукавом, отец Мэтью повернулся к Бену и произнёс одно только слово:

— Капитан!

Бен подбросил хворосту в костёр.

— Да, капитан. Вас удивит, если вы узнаете, что он был пиратом?

Бен подумал было, что священник снова плачет, но тот, покачивая головой, смеялся.

— Меня это вовсе не удивляет, друг мой. Рафаэль всегда был необузданным, бьюсь об заклад, он был отважным пиратом!

Бен тоже посмеивался, вспоминая дни, проведённые на борту «Крошки Мари».

— Капитан Турон был грозой Карибского моря, но разрешите мне сказать — кстати, меня зовут Бен, а это Нед, мой пёс, — мы гордились тем, что служили под командой вашего брата.

* * *

Бен сидел у костра с Недом и отцом Мэтью, медленно наступала ночь, полная луна заливала их своим светом. Бен рассказал священнику всю историю, которая началась в таверне в Картахене и закончилась в Гасконском заливе. У священника от возбуждения горели глаза, он представлял себе приключения на островах, заросших пальмами, испанских пиратов, каперов и погони в безбрежном океане.

Отец Мэтью был потрясён рассказом Бена.

— Спасибо, Бен, вижу, ты любил Рафаэля. Я буду скорбеть и молиться за него. Спасибо Господу, что мой брат закончил свою жизнь не на висилице, а погиб, как настоящий капитан, — ушёл на дно вместе с любимым кораблём. В одну свою жизнь Рафаэль уместил столько, что на десятерых хватило бы! А я посвятил жизнь своему маленькому приходу, о котором надо заботиться, и моим бедным детям, которым служу…

Священник продолжал говорить о своём, а Бен вдруг заметил, что залив как-то странно изменился.

Внезапно Нед в тревоге вскочил: «Бен, слушай, это Ангел!»

И Бен услышал, как вестник неба произносит слова из своего повеления: «Ты помоги ему, ему помоги и детям его, как ближнему своему». А теперь смотри!

И Бен, и Нед почувствовали, как кто-то словно притягивает их взгляд к одной точке.

Прилив полностью отступил, обнажив длинную полосу берега и мелководье вдоль него. В ясном ночном небе плыло одинокое облачко, вскоре закрывшее луну. Но в середине облака оказался просвет, и из него падал вниз бледный серебристый луч. Он падал прямо с небес на залив, освещая маленький круг на воде.

И снова раздался голос Ангела: «Ты помоги ему, ему помоги и детям его». Смотри!

Нед уже тянул канат рыболовного судёнышка. Бен вскочил и закричал священнику:

— Скорей, святой отец, нам нужна помощь, надо сдвинуть вашу лодку!

Священник встал и схватился за канат вместе с Беном и Недом.

— В чём дело, Бен? Зачем тебе лодка?

Бен напряг мышцы, стараясь сдвинуть судёнышко с места.

— Не спрашивайте, отец! Доверьтесь мне, нужно скорее спустить лодку на воду. Рассуждать некогда!

Пыхтя и отдуваясь, они долго с трудом тащили судёнышко по мокрому песку к воде. Бен не сводил глаз со светлого пятна вдали, смаргивая пот, стекавший со лба, мешавший смотреть. Но даже когда они дошли наконец до воды, киль лодки по-прежнему скрёб по песку. Им пришлось войти в воду по колено, только тогда судёнышко оказалось на плаву. Бен подсадил Неда, и тот забрался на борт, священник подобрал сутану и тоже вскарабкался на палубу, заваленную скользкой скумбрией.