Возможно, вы посмеетесь и над следующим моим предложением. Мы видим, какой популярной новинкой становятся воздушные шары. Кто из нас не качал с сомнением головой, видя странные рисунки и слыша утверждения некоторых о том, что когда-нибудь человек сможет летать, как птица?
Однако, если принять во внимание достижения в других областях, то можно ли сомневаться, что теории тех, кого мы принимаем за глупцов и мечтателей, станут через какое-то время реальностью, с которой придется считаться? Слышал ли кто-либо из вас об опытах такого человека, как Отто Лилиенталь?[66] Придет время — а это так же верно, как и то, что за сегодня наступит завтра, — когда люди будут парить в небе, словно орлы.
Друзья мои, я говорил о некоторых направлениях прогресса, который идет впереди нас и оказывает существенное влияние на нашу жизнь и работу. Нам следует оценить будущий климат, определить, кто контролирует эти изменения. Ответ прост: политики, промышленники, генералы и богачи. Ключ к могуществу у них, и если мы хотим иметь какую-то долю в том будущем, которое нас ждет, то должны иметь долю и во власти. Как этого достичь?
— Наш бизнес классифицируется многими как порочный. Пусть так. Но в каких условиях процветает этот так называемый порочный бизнес? Мой ответ таков: в условиях хаоса, нестабильности, неуверенности. Эти три слова должны быть краеугольными камнями нашего мышления.
В сегодняшнем мире назревают великие революционные изменения. Подобно вулкану, они прорвутся огнем и насилием. Анархия охватила континент. Мы слышим об убийствах, взрывах бомб, разрушении устоев повседневной жизни — и все это совершается во имя неких политических идеалов.
Предлагаю взять эти методы на вооружение и использовать их для обслуживания наших интересов. Поддерживая состояние анархии, тревоги и смятения и даже самостоятельно совершая подрывные акты, мы могли бы создавать ситуацию, при которой созревшие плоды будут сами падать нам в руки.
Нам остается лишь все спланировать, принять решение и быть готовыми к жатве, когда урожай поспеет.
Профессор сел. Некоторое время в комнате стояла тишина. Ее прервали аплодисменты Гризомбра. После некоторого колебания к французу присоединились и остальные. Шлайфштайн хлопал ладонью о стол.
Когда недолгая, но искренняя овация стихла, Гризомбр поднялся и, тщательно подбирая слова, заговорил:
— Я с большим интересом выслушал рассуждения и предложения нашего любезного хозяина. Исходя из собственного опыта, могу утверждать, что к ним стоит прислушаться. В 1871 году я был еще очень молод, но хорошо помню настроения, преобладавшие в Париже во время осады.
Он бросил быстрый взгляд на Шлайфштайна, словно ища подтверждения у представителя нации, взявшей верх в ходе франко-прусской войны.
— Условия были ужасные. Продуктов не хватало, и горожанам приходилось есть даже крыс. Я помню тот день, когда в зоологическом саду застрели слона. Но самое яркое впечатление связано с охватившими город грабежами. Я знаю людей, которые сделали тогда состояние. Разрушение общества поможет нам набрать силу, а потому лично я приветствую профессора Мориарти как нашего духовного лидера.
Один за другим остальные гости высказались в том же духе. Оставалось только обсудить и согласовать основные детали будущей общеевропейской организации. Но прежде чем разговор повернул в эту сторону, из-за стола поднялся Санционаре.
— Как гость Профессора я хотел бы выразить свое уважение, так сказать, в осязаемой форме, — заявил он и, щелкнув пальцами, подозвал сопровождавшего его молодого человека.
Смуглый юноша тут же оказался рядом с ним, продемонстрировав такую быстроту, которую Мориарти счел бы опасной в иных обстоятельствах. Словно ниоткуда, появился вдруг небольших размеров, продолговатый пакет. Санционаре взял его, прошел вдоль стола и с коротким, но почтительным поклоном передал Мориарти.
Профессор осторожно развернул бумагу. Под ней обнаружилась аккуратно перевязанная ленточкой шкатулка. В шкатулке лежала книга — в кожаном переплете, украшенная золотым листком — переведенная на итальянский «Динамика астероида» Джеймса Мориарти. Прекрасно издание, полностью заслуживающее права называться произведением искусства.
66
Отто Лилиенталь (1848–1896) — немецкий инженер, один из пионеров авиации. Разработал, построил и испытал одиннадцать летательных аппаратов. Совершил свыше 2 тыс. полетов на планерах собственной конструкции. Отто Лилиенталь погиб в Берлине во время перелета. Его планер перевернуло внезапным порывом ветра. Научное обоснование причин парения птиц, сделанное Лилиенталем и продолженное Н. Е. Жуковским, во многом определило развитие авиации.