Винс сел на кровать рядом с ним.
— Нет, не знаю. А что?
— Сначала, когда все это стало со мной происходить после смерти вожатого Андерсона, я считал, что все дело в Монстре Моголлона. Что он преследует меня и в Скоттсдейле. Но потом подумал, что это просто легенда, а происходит что-то другое, что-то… Не знаю. А может, это и вправду был Монстр Моголлона, — продолжил Кэмерон, увидев, что ему удалось заинтересовать дядю. — Может, все эти легенды о нем… Я имею в виду, они все волосатые. Тот, кого я видел в доме Джея, был невысоким, но мистер Риджуэй рассказывал об огромном черепе. Может, существует целая раса этих существ, а я видел детеныша или карлика. А древние индейцы, охотники и трапперы сталкивались с ним в лесу, и некоторых оно убивало… И они, наверное, рассказывали о своих встречах, и так появились легенды о Монстре Моголлона, снежном человеке…
— И Саскуоче, — прибавил Винс.
— Ну да. Но если индейцы нарисовали все те картинки, значит, они его тоже боялись!
Винс задумчиво кивнул.
— Я тебе рассказывал, что когда оно проходило мимо моего домика в лагере и когда я видел его на заднем дворе, то не мог пошевелиться, был как будто парализован.
— Оно излучает какую-то силу, — произнес Винс. — Та сила, которая парализовала тебя, сводит с ума животных, диких и домашних, и… притягивает людей.
Кэмерон взволнованно кивнул.
— Я ее почувствовал, когда мы с Джеем подошли к руинам. Ту же самую штуку. И чем ближе подходишь, тем она сильнее, а когда отодвигаешься, то на определенном расстоянии она исчезает, как будто кончается зона действия.
— А когда ты фотографировал это существо? Ведь ты мог двигаться.
— Не совсем. Я чувствовал ее, ту же самую штуку, но она была слабее и не могла меня остановить. Может, монстр израсходовал всю силу, избавляясь от остальных?
Винс ободряюще похлопал племянника по плечу.
— Молодец, Кэм. Похоже, ты прав. Я позвоню мистеру Риджуэю и доктору Маккормаку, поговорю с ними. Вряд ли они об этом задумывались. По крайней мере, доктор Маккормак склоняется к мысли о пространственно-временном туннеле. Пространственно-временной туннель — это…
— Я знаю, что это такое, — усмехнулся Кэмерон.
Винс удивленно вскинул бровь.
— «Звездный путь»[7].
— Конечно. Так вот, он думает, что временной туннель открывается приблизительно раз в сто лет пространственно — и втягивает людей. Но это… слишком неопределенно. Просто общая теория. Она не объясняет все подробности происходящего, все мелочи. Не объясняет то, что я видел в Спрингервилле: парней на вершине плоской горы, одетых в доисторическую одежду, и жителей города, которые следующим утром пришли за артефактами. Но если тот череп обладает силой, о которой ты говоришь… — Винс слабо улыбнулся. — Думаю, мы с тобой на верном пути.
Кэмерон вспомнил, как его родители сидели на диване, глядя на темный экран телевизора, — мама кивала, отец смеялся… Неужели они надеются остановить такое? Как уничтожить эту силу? Она живет тут несколько столетий, а может, и дольше, и она уничтожила целый народ. Что они могут сделать, чтобы остановить ее?
— Мы умрем? — спросил Кэмерон.
— Нет. Конечно, нет, — Винс явно удивился.
— Все остальные исчезли — мои соседи, друзья. Мама и папа. И с нами это может случиться.
— Но ты же здесь, правда? — Винс вдруг умолк, и его глаза широко раскрылись. — Ты здесь, — повторил он и пристально посмотрел на Кэмерона. — А если у тебя что-то вроде иммунитета? Ты был свидетелем инцидента в лагере скаутов. И единственный пережил то, что произошло в твоем квартале. Может, оно не убило тебя потому, что не могло? Что, если ты каким-то образом защищен от этой силы, этого существа, чем бы оно ни было?
Кэмерон почувствовал, как в нем пробуждаются ростки надежды.
— А может, и ты тоже? С тобой же ничего не случилось в Спрингервилле.
Винс задумчиво кивнул.
— Целы остались Глен, Мелани, мы с тобой… И не только остались целы, но и пытаемся выяснить, что происходит, и остановить это, причем события свели нас вместе. Может быть, это наша судьба? Или… нами движет какая-то высшая сила?
— Высшая сила? — Кэмерон почувствовал, что у него пересохло во рту. — Ты имеешь в виду Бога?
— Я просто размышляю вслух. Не воспринимай мои слова как проповедь.
Но Кэмерон чувствовал, что его дядя не просто размышляет вслух. Он верит в это, и на его лице отразилось явное облегчение. Сам Кэмерон испытывал прилив оптимизма. Может, они смогут защититься. Может, у них есть шанс.