Мавританская оккупация аль-Андалуса (Андалусии), как они сами называли Испанию, началось почти восемь веков тому назад. В VII и VIII вв. полчища арабов, вторгшихся из Персии, захватили всю Северную Африку, неся с собой новые идеи в сфере культуры и религии. Среди племен, принявших веру ислама, были ликситы, племена берберов в Мавритании.
Носители новой культуры, афро-арабы, известные в Европе под именем мавров, в 711 г. перебрались через Гибралтарский пролив и начали завоевание Испании, которой в те времена правило германское племя, так называемые визиготы. Они взяли в свои руки контроль над Испанией после распада Римской империи. Затем мавры вторглись во Францию, но в 732 г., потерпев поражение в решающем сражении с армией франков под предводительством национального героя Франции Шарля Марселя, были вынуждены вернуться в Испанию. Спустя четыре года, в 736 г., они образовали Омейядский эмират (позднее — халифат), выбрав в качестве столицы античный город Кордову. В число других крупных центров арабского владычества в Испании входили Толедо, Севилья, Мерида и, конечно, Гранада.
На протяжении целых четырех веков мавры безраздельно господствовали в Андалусии. Однако вооруженная борьба между многочисленными соперничающими претендентами на престол ослабила власть халифата в стране. Войска христиан принялись шаг за шагом отвоевывать Испанию. Прежде всего им удалось захватить власть над северными территориями, а к лету 1139 г., после решающей победы, они освободили Лузитанию, что привело к возведению на трон Альфонсо I, первого короля Португалии. Затем в 1236 г. крестоносцы заняли Кордову, столицу мавров в Испании. Спустя 13 лет христиане с помощью ордена монахов-рыцарей, известного под названием Рыцари Храма[18], отвоевали Альгарву. Однако реконкиста продолжалась еще долгих 242 года, пока наконец мавры не сдали свою последнюю твердыню — Гранаду.
Португалия, ставшая независимым королевством, процветала. В правление короля Жоао I (1385–1433) страна начала распространять свое влияние на заморские территории; последовал целый ряд морских экспедиций, организованных и инспирированных просвещенной личностью своего времени — принцем Генри Мореплавателем (1394–1460). В 1418 и 1420 гг. португальские мореплаватели Жоао Гонсалвес Зарко и Тристао Ваз Тейксейра вновь открыли острова Порто Санто и Мадейра. В 1427 г. Диего де Силвес, лоцман португальского короля, достиг берегов Азорских островов, а спустя еще четыре года другой португальский мореход, Гонсалвес Вельо Кабрал, с экипажем высадился на этих островах.
В Африке португальцы совершали плавания вокруг ее западного побережья вплоть до берегов Гвинейского залива, где и основали многочисленные поселения. Отсюда они отправлялись еще дальше на запад, и в 1460 г. венецианский мореплаватель Альвизе Кадамосто, плававший по повелению принца Генри, открыл острова Зеленого Мыса, расположенные примерно в 640 км от побережья Зеленого Мыса в Сенегале. Более того, в 1488 г. мореплаватель Бартоломеу Диас совершил плавание вокруг мыса Доброй Надежды, а ровно через десять лет еще один португальский корабль под командой Васко да Гама (1450–1524) не только совершил плавание вокруг всей Африки, но и обогнул ее восточное побережье и открыл путь в Индию. Кстати, любопытно, что в 1420 г. одна индийская джонка сумела пересечь Индийский океан и даже обогнула мыс Доброй Надежды в поисках островов, на которых, как гласила легенда, мужчины и женщины жили отдельно друг от друга. Эта легенда была записана на карте, составленной между 1457 и 1459 гг. венецианским священником по имени фра Мавро по заказу португальского короля Альфонсо V.
Очевидно, что задолго до триумфального плавания Колумба к берегам Нового Света, экспедиции, организованные прославленным принцем Генри Мореплавателем, регулярно отправлялись в просторы Западного океана, достигая побережья Азорских островов. Здесь они, как и все прочие суда до них, натыкались на «Мар-де-бага» («Ягодное море»). Таково название, которое португальцы дали Саргассову морю.
Возможно даже, что Диего де Тейве, один из наиболее талантливых мореходов принца Генри, почти открыл остров Ньюфаундленд еще в 1452 г., за 55 лет до того дня, когда Джон Кэбот объявил остров владением короля Англии Генриха VII. Отправившись на северо-запад от берегов Азорских островов, де Тейве сумел пересечь под парусами Гольфстрим и оказался в зоне, где дули свирепые северные ветры. Поняв, что судно очутилось в очень опасных водах, капитан взял курс на юго-восток, обратно к Азорским островам. И прошло много лет, прежде чем географы наконец догадались, что де Тейве достиг 50° северной широты и, таким образом, оказался всего в нескольких сотнях километров от берегов Ньюфаундленда. Отчет о плавании, составленный самим де Тейве, резко контрастирует с альтернативной версией событий того же плавания, представленной у Фердинанда Колумба. Он сообщает, что главной целью экспедиции де Тейве была попытка открыть Остров Семи Городов.