– Полагаю, вы уже знаете, как добиться его поддержки, учитывая дружбу между вашими семьями. Так?
– Так, – согласился Итан Грант, а затем неожиданно для себя запнулся. Озвучивать свое решение было дико. По крайней мере – устно, а не мысленно. – Я принял решение жениться на дочери премьера – Аманде Ульямс. С лордом Ульямсом я уже обсудил этот момент. Не открыто, но он намекнул, что желал бы видеть своим приемником кого-то из… ближайшего, семейного круга. И неоднократно указывал, что мы с миледи Ульямс составили бы неплохую пару, с чем я вполне согласен.
– Это так? Я слышал, что дочь премьера – чудо, как хороша. И я рад, что вы, спустя столько лет, решились на новый брак, – искренне улыбнулся Оливер, но вызвал лишь сдерживаемое раздражение своего собеседника. Хотя бы тем, что лишний раз доказал, что о стремлениях премьера выдать дочь замуж за герцога известно всем, кому не лень. И теперь у лорда Ульямса есть все карты в руках. И лорд Эванс не мог об этом не знать.
– Юна, умна, мила, в меру образована и воспитана в консервативном стиле. Идеально, – покивал Итан, отмечая, что говорит сущую правду, но удовлетворения не испытывал. – Она станет замечательной женой и матерью, – произносил он пустые фразы без тени вдохновения.
– Тогда в чем загвоздка? Учитывая воспитание девушки, она последует воле отца и выйдет за того, на кого лорд Ульямс укажет. Значит, чувства тут ни причем, – недоуменно пожал плечами граф, внимательно посмотрев на еще более помрачневшего герцога. – Вы уже обсудили это с ее отцом и, могу предположить, что ваша кандидатура на роль зятя его только порадует.
– Хворь, – коротко произнес Итан. – Мисс Ульямс сильно заболела, и врачи не могут назвать точной причины недомогания, – вздохнул мужчина и отвел взгляд. Как бы он ни относился к идее свадьбы, которую рассматривал исключительно со стороны выгоды, малышку Аманду он знал давно и очень ей симпатизировал. Он сильно привязался к ней, пусть мысль о свадьбе с девушкой и не вызывала восторга. Мужчина давно смирился, что чувства в семье – лишнее. Только взаимоуважение. Вот – залог долгой и счастливой жизни.
– Жертва поветрия? – нахмурился Оливер, став слушать более внимательно.
– Не похоже, – покачал лорд Грант головой. – Кашель, как при чахотке, это верно, но в остальном… Врачи не сходятся в едином мнении касательно причины недуга. Тем временем девушке хуже с каждым днем.
– Мисс Ульямс – единственная дочь премьера? – задал Оливер вопрос, который заставил герцога поморщиться.
– Бога ради, лорд Эванс, я не столь циничен! – возмутился Итан. – Я знаком с этой семьей уже много лет. Я видел, как малютка Аманда растет и превращается в прелестную женщину!
– Значит – одна, – совершенно странным образом резюмировал граф, тем не менее, угадав снова. – Что же, причина ваших дум, действительно, понятна. Но что вы планируете с этим делать?
– В том-то и дело – я не знаю. Лорд Ульямс в состоянии найти лучших медиков, но и те не справляются. Я в отчаянии. Если бы я мог помочь бедной девочке, но не представляю как!
Граф покивал и подпер кулаком подбородок, предаваясь только ему понятным думам. Но после перевел взгляд на своего гостя и осторожно уточнил:
– А что, если обратиться к нетрадиционной медицине?
– Предлагаете найти какую-нибудь шарлатанку, которая «лечит» заговорами? – пренебрежительно фыркнул герцог, на мгновение пожалев, что вообще открылся графу, решившему подшутить над ним.
– Не обязательно, – примирительно улыбнулся Оливер. – Достаточно того, кто знает не только европейские методы лечения. Допустим, кто-то, кто побывал в других странах и мог обучиться иным медицинским наукам.
– Может быть, но где же его найти? Сэр Ульямс обращался и к китайской медицине, – печально вздохнул герцог, не сразу обратив внимание на хитрый огонек в карих глазах хозяина клуба. А когда обратил, смысл слов и откровенный намек стали ему понятны. И как только до лорда Гранта дошло, на что намекал собеседник, герцог возмутился: – Не можете же вы всерьез предлагать мне обращаться за помощью к вашей сестре?
– Джулия разносторонне образована и начитана, – пожал Оливер плечами. – Можно как угодно относиться к ее поведению, но даже вы не можете отрицать того вклада, который она внесла, доказав опасность зеленого красителя, который травил людей на протяжении десятилетий, – выразительно поднял граф брови, не решаясь упомянуть, что и продолжает травить, учитывая незатихающую моду на этот цвет. Особенно у аристократок, что выстраиваются в очередь у портних, дабы пошить себе платья цвета изумруда или весенней зелени, которые были безумно токсичны из-за способа выведения данных цветов. Но, по крайней мере, они шли на это осознанно, зная, чем рискуют. И в этом была заслуга леди Питерс. Потому герцогу на упоминание лорда Эванса нечем было крыть.