Конечно, все это особо принципиального значения не имеет. Промелькнувшие промежуточные должности. Это просто к вопросу о достоверности сведений из учетно-партийных документов. Так, для источниковедческих штудий. Важно другое. Уже обзаведшийся семьей Андропов в сентябре 1937 года переехал в областной центр на работу.
Да, женился Юрий Андропов довольно рано, еще в годы учебы. И главное — по большой любви. Нину Енгалычеву, учившуюся в том же техникуме, он заприметил сразу. Писал пылкие записки. Отношения завязались в 1933 году, потом Нина уехала в Ленинград, с июля 1935 года работала электромонтером, лаборанткой на Усть-Ижорской опытно-показательной электроверфи. Андропов уговорил ее вернуться в Рыбинск. Как пишет биограф:
«Он в нее страстно влюбился, обучаясь с ней в одном и том же Рыбинском техникуме водного транспорта, но она — на электротехническом отделении. Девушка была привлекательна: длинноногая брюнетка, капитан сборной команды учебного заведения по волейболу. После его окончания она уехала работать в Ленинград. Он вернул ее в Ярославль, будучи пылко влюбленным. Вот подпись на фото: “На память о том, кто так нежно и страстно тебя любит. Милая, милая далекая и вечно не забываемо близкая Нинурка. В память о далеких, морозных, но полных счастья ночах, в память вечно сияющей любви посылает тебе твой хулиган Юрий”»[219].
Нина родилась 28 декабря 1915 года в селе Алькино Наровчатского уезда Пензенской губернии. Ее отец до революции работал сапожником, курьером, затем счетоводом в кассе мелкого кредита, а при советской власти вступил в партию, работал бухгалтером, сделал карьеру и с 1930 года занимал должность управляющего отделением госбанка. В середине 1930-х он работал управляющим в Череповецком отделении госбанка[220]. Нина окончила школу-семилетку в Старой Руссе в 1930 году, затем три с половиной года училась в речном техникуме в Рыбинске (до 1934 года). В 1931 году вступила в комсомол. Нина Енгалычева и Юрий Андропов поженились в 1935 году, в следующем году родилась дочь, которую назвали Евгенией. Жили в рабочем общежитии верфи, дом 16, квартира 8[221]. Пишут, что Нина училась на юриста, хотела работать следователем, но заботы о дочке несколько отдалили мечту. Если и училась, то, скорее всего, заочно. Согласно трудовому стажу, она с февраля 1936 по апрель 1937 года работала экономистом-статистиком в горсовете Рыбинска, а затем с апреля 1937 по май 1938 года — счетоводом на пристани в Рыбинске. Осенью 1937 года Юрий из-за смены места работы переехал — в Ярославль. Нина отправилась к нему позднее, если судить по факту ее работы на пристани, отраженному в послужном списке. Выходит, около полугода Андропов жил в Ярославле один, будто холостяк. А где-то там в Рыбинске осталась жена с ребенком. Скорее всего, Андропов регулярно навещал их. Да это было и несложно — сейчас поезда из Ярославля в Рыбинск доходят за час с небольшим. А в мае 1938 года семья вместе с няней Журжалиной воссоединилась в Ярославле. Через два года после рождения дочери Нина поступила на работу в Ярославское областное управление НКВД. Ее стаж работы в «органах» обозначен с 9 августа 1938 года, должность — секретарь, затем с 29 августа того же года инспектор и с 1 мая 1939 года старший инспектор командного отдела Управления рабоче-крестьянской милиции. Через год работы — 10 августа 1939 года ей присвоили звание сержанта милиции. В сентябре 1939 года Нину Енгалычеву приняли кандидатом в члены ВКП(б), а с апреля 1941 года она стала членом партии.
Здесь же в Ярославле в семье Андроповых в начале 1940 года родился сын Владимир. Интересно, что детей Андропов нарек именами своих родителей. Что это? Может быть, глубокие переживания и угрызения совести, что фактически отрекся от отца и матери в своих многочисленных анкетах и автобиографиях? Все эти «не помню», всю эту «ложь во спасение» он компенсировал, возвращая их имена своим детям.
Андропов в семье Енгалычевых. Слева в верхнем ряду — Нина
[Из открытых источников]
И все же Андропов переживал счастливые дни, наполненные семейным благополучием. На фотографии в стилизованной виньетке — он с Ниной. Вот они — два любящих сердца. На обороте 1 марта 1936 года он написал трогательную и поэтическую надпись: «Если вам когда-нибудь будет скучно, если вы хоть на минуту почувствуете себя несчастной, то взгляните на эту фотографию и вспомните, что в мире существуют два счастливых существа. Счастье заразительно. Оно вместе с воздухом проникает вам в душу и в одно мгновение может сделать то, что не в состоянии сделать годы»[222].