— Тю… ну ты брат дал… Это шо такое?
— Трофей — штабс-капитан показал на фляжку интересующегося, видящую у него на поясе — хлебнуть дай.
— Да на, не жалко… — фляжка перешла из рук в руки — а что, свои транспортные средства потерял?
— Потерял… Еще немного — и вместе с башкой потерял бы…
Офицер, то же в звании штабс-капитана сочувственно покачал головой
— Тогда готовь вазелин.
За утрату материальной части драли беспощадно.
— На эту сменяемся.
— Куда ее…
— Броней обошьем — самое то, тяжелая патрульная машина. Видал, бак какой? А кузов приладим — там не то, что ЗУшка, там гаубицу поставить можно…
Со стороны водителя спрыгнул напарник штабс-капитана по имени Рамиль, за ним выбрались из кабины двое молодых спецназовцев, для которых эта операция стала боевым крещением — в бою они бывали, но за линией фронта побывали впервые. Последним, из кабины «спустили» пленника. Ему перевязали обе руки и привели в себя уколами. Дорогу он перенес относительно нормально — хотя из-за наркотика, позволяющего не чувствовать боль, был как чумной…
— Хайдар! Хайдар! — пожилой, бородатый мужчина бросился навстречу пленному.
— Дерьмо собачье! — громко сказал Рамиль и со злобой пнул здоровенную шину.
Штабс-капитан Тимофеев вернул флягу владельцу, пододвинулся поближе. Разыгрывалось представление, и каждому отведена была в нем своя роль.
— Слава Аллаху, ты жив!
Рамиль, поднаторевший в разборках еще с тех пор, когда был членом казанской подростковой группировки — схватил бородатого за грудки — и врезал ему головой по лицу. Не слишком сильно, таким ударом можно и «выключить» — но кровь из носа хлынула, орошая черную, с сединой бороду. Мужчина отшатнулся, упал бы, если бы брат не поддержал.
— Ты, сын шакала! Из-за тебя мы все чуть не отправились к Аллаху! Отрезать бы тебе твой лживый язык!
Свободные от службы спецназовцы и пилоты вертолетов образовали что-то вроде кольца, наблюдая за представлением.
— Я не врал! — вскрикнул бородатый, хлюпая разбитым, сочащимся кровью носом — клянусь Аллахом, я не врал!
— Там, куда ты нас послал, нас ждала засада! Человек двадцать! Они знали, что мы придем и готовились встретить нас! Ты нас предал!
— Умоляю именем Аллаха, выслушайте! Я вас не предавал.
— Тогда почему там была засада?! Почему тебя едва не убили?! Что ты им успел сказать?!
— Это… Это САВАК! У них повсюду шпионы!
— САВАК? По ту сторону границы? Ты лжешь!
— Клянусь Аллахом, это правда! У САВАКа шпионы везде! У них была целая страна, над которой они издевались десятки лет! У них шпионы в Афганистане, на русской территории, по Франции, в испанском Марокко! Везде!
— Зачем им это?!
— Они… они очень опасные люди! Это про них сказано: И когда они встречают тех, которые уверовали, Они говорят: «Мы уверовали»! А когда остаются со своими шайтанами, то говорят: «Мы ведь — с вами, мы ведь только издеваемся».[95] Когда они были здесь — они искали тех, кто верит в Аллаха, и пользовались ими! Многие, очень многие из них ходили в мечети и лицемерно читали ракаты, а потом доносили о том, кто что говорил в мечети! Они везде!
— Послушай, Талгат… — рассудительно заговорил Тимофеев — ты знаешь, мы ценим друзей, и если кто-то помогает нам — мы помогаем ему. Если бы ты сказал, что хочешь, чтобы мы спасли твоего брата — мы бы и так это сделали. Зачем надо было выдумывать эту чушь про генерала, про совещание, про остальное. Зачем?
— Но он должен был быть там! Я это знаю, он должен был быть там! Должен!
— Чушь собачья! — Рамиль сплюнул на землю — ты нас подставил! Никого там не было, кроме засады, а вся твоя информация — дерьмо собачье!
Это было не так…
— Он должен был быть там! Пусть Аллах поразит меня на месте, если я солгал.
— Хорошо — снова заговорил Тимофеев — почему же тогда мы нашли не генерала, а засаду? Почему там оказались люди, которые хотели убить нас? Почему они похитили и едва не убили твоего брата? Если засаду еще можно объяснить случайностью — в Афганистане много лихих людей с автоматами — то вот похищение твоего брата, Талгат, нельзя объяснить ничем. Кто-то точно знал, к кому мы идем, кто-то точно это знал. Нас ждали, чтобы убить — а твоего брата похитили, чтобы заставить говорить. Так кто нас предал?
— Я… не знаю. Повсюду шпионы!
— Почему мы должны ему верить? — Рамиль теперь обращался к Тимофееву — этот козел нас подставил!