Марианна не обратила на меня ни малейшего внимания, поэтому я пошел на кухню (или то, что здесь называлось кухней) готовить кофе. Джезва была грязной, пришлось мыть — зато кофе был просто отличный, колумбийский. К сожалению, его все меньше и меньше, в стране идет необъявленная гражданская война, специальные самолеты день и ночь кружат над страной, разбрызгивая специальные ядохимикаты, которые губят растения. Рассчитано это на плантации кокаиновых кустов — но бьет по всем, в том числе по фермерам, которые оставшись без урожая, берутся за автомат. Когда в стране необъявленная гражданская война — выращивают только то, что дает максимум выхода при минимуме затрат. А кока — это же сорняк, сорный куст, за ней и ухаживать особо не надо…
Кофе сварился быстро, когда я разливал его по чашкам — почувствовал, что Марианна зашла на кухню.
— Кофе готов — объявил я.
— Ты надолго? — спросила она.
Отвечать не хотелось.
— Не знаю — честно ответил я — у меня серьезные неприятности.
Серьезные или нет — это еще вопрос. Убивать меня сейчас нет смысла — разве что только отомстить. Но в британской разведке тоже не дураки сидят, они понимают, что любое следующее решение, которое они примут, только усугубит ситуацию. Есть такие ситуации, наилучший выход из которых — оставить все как есть и ничего не предпринимать. Настораживало только одно — почему британцы решили активизироваться именно сейчас. И почему они так легко и быстро пошли на острую акцию?
А вот взрыв в кондоминиуме — при котором я едва не попал на банкет и только чудом спасся — это уже серьезнее. Надо выяснить — возможно, кто-то остался в живых. Если нет — то моя связь с СРС оборвана, временно или постоянно. Это — не такая организация, в которую можно зайти просто через парадный вход. Либо тебе доверяют, либо — нет.
На подносе я перенес кофе в большую комнату. Сам пока пить не стал…
— Можно? — я показал на компьютер.
— Валяй.
Я вставил в разъем флеш-карту, которую постоянно носил с собой на шее, она содержала ключ шифрования. Ничего противозаконного, просто защита своих коммерческих тайн и интересов от любопытных глаз. На флешке содержались сразу несколько ключей, для каждого почтового ящика — свой. Почту я не разгребал вот уже пару дней и это плохо. В отличие от сотового телефона, который требует немедленного внимания — такое ведение дел требует сосредоточенности и добросовестности.
Письмо попалось на третьем почтовом ящике. Солидное такое, на специальном электронном бланке.
Нортон Ойл. Председатель Совета Директоров г-н Джек Мисли желал бы пригласить Его Сиятельство, князя Александра Воронцова на рандеву для обсуждения безотлагательных вопросов коммерческого характера. Доставка за счет принимающей стороны с любой точки земного шара. Данное письмо нуждается в ответе и как можно скорее.
Я даже моргнул, не веря тому, что увидел. Но письмо никуда не делось.
Нортон Ойл. Джек Мисли.
Это значило — снова что-то происходит. И Мисли снова, как тогда, в деле с атомными бомбами в Вашингтоне — ищет неофициальных контактов.
Даже титул правильно написали, не переврали, как обычно здесь.
— На, посмотри — я передвинул компьютер Марианне. Та допила кофе, вгляделась, присвистнула.
— Самый верх.
— Вот именно. Интересно, где он? Что говорят про него?
Марианна пожала плечами.
— Либо где-то здесь, либо в Бразилии. У него — работы в кризисных регионах, в основном — на шельфе. Здесь, в Мексиканском заливе ему принадлежат девять вышек из десяти. Бурение на шельфе Западного побережья — тоже его. И Бразилия.
— Бразилия?
— В Бразилии обнаружили нефть. Очень глубоко, но залежи, судя по слухам — громадные, десятки миллиардов тонн доказанных запасов. Бразилия сейчас — это новое Эльдорадо.
— Насколько глубоко?
— Глубоко. От километра, возможно даже и больше. Сейчас бурение идет там, где еще пару десятилетий назад и помыслить не смели. Глубоководные буровые платформы, возможно даже подводные танкеры[25], как у вас.
— И война…
Бразилия. Страна пляжей, красивых и доступных девушек и жестокой войны, развязанной там одним придурком и пока только набирающей ход…
— И война — согласилась Марианна — очень серьезная война. Там многие пасутся, но нас там нет. Если Джек Мисли замолвит за нас словечко — я буду ему несказанно благодарна.
25
Танкеры, сделанные по технологиям атомных подводных лодок, применялись в Российской Империи для добычи на арктическом шельфе. Новейшие технологии предусматривали полностью подводную добычу — подводные буровые платформы, не зависящие от ледовой обстановки и подводные лодки-танкеры, принимающие добытую нефть. От некоторых скважин на сушу или к танкерным причалам на мелководье шли подводные трубы.