По виду было понятно — не совсем. Но скоро поймет.
— Понял, господин вице-адмирал.
— Вот и дело…
Мы сидели так, в тишине еще несколько минут — пока к нам не подошел сапер, не постучал в люк. Шлем свой он уже снял.
Один из казаков открыл люк, спрыгнул на землю, за ним последовал второй. Только потом — выпустили меня.
— Ну?
— Чисто, господин вице-адмирал, только…
Судя по лицу сапера — произошло что-то, чего он не ожидал.
— Что — только?
— Да девицу какую-то нашли… Пряталась… Кусается…
Это что еще за девица?
— Местная?
— Да нет, Ваше Высокопревосходительство. По виду не местная, но на фарси только так шпарит…
— Знаешь фарси?
— Есть немного… Под Бухарой служил. Точики фарси — то же самое, диалект, можно сказать.
— Молодец.
— Служу России и Престолу, Ваше Высокопревосходительство.
— Пойдем смотреть на вашу девицу…
Зайдя в сад, верней то, что от него осталось — я увидел поразительную картину. Истошно лаяла собака — небольшая такса, саперы часто используют ее, потому что у нее острый нюх, и ее можно проще транспортировать, чем немецкую овчарку, да и корма она меньше требует. Один из саперов светил мощным, аккумуляторным фонарем, второй пытался справиться с кем-то, кто брыкался, вырывался и кричал. Слово "basta!", произнесенное несколько раз, меня удивило и заставило сделать определенные выводы.
Я подошел ближе.
— Ciao, signorina. Come stai?[70]
Итальянский я знал, немного, в пределах нескольких десятков обиходных слов и выражений. Обычно, аристократия знала все европейские языки хотя бы на этом уровне, это было нормой. Это позволяло везде чувствовать себя как дома и понимать свою принадлежность к высшему классу, который един, несмотря на границы. Естественно, я знал все фразы, которые позволяют познакомиться с женщиной — для моряка, бывающего в разных портах мира это немаловажно.
Сказанное на итальянском произвело эффект слова "шиболет" только в обратном направлении — драка моментально прекратилась.
— Chi sei tu?[71]
— Lo sono un ufficiale russo, un marinaio[72]
— Russo?
— Russo — подтвердил я
Один из казаков, тот самый, Тихон, встал рядом со мной — и только это уберегло меня от неожиданной и стремительной атаки. Женщину он успел перехватить, она тараторила как пулемет и билась в его руках. И плакала…
— Стоп, стоп, стоп… — сказал я, понимая, в чем дело. Она была так напугана, что хотела быть ближе к любому цивилизованному человеку. К любому, кто не хочет ее изнасиловать или зарезать как свинью…
Женской одежды у меня не было — как-то не вожу с собой, не дошел до такого. К счастью — здесь была отдельная скважина с водой, вода шла чистая, питьевая. Нашлась и ванная — она была столь массивной, не ванна, а мини-бассейн — что ее не расколола даже автоматная очередь.
После того, как прятавшаяся в подвале женщина (кой черт женщина? Почти ребенок) отмылась, переоделась в повседневную военно-морскую форму, которая ей оказалась велика и причесала волосы — она оказалась очень даже не дурна. Да кой черт не дурна — просто красавица. Огромные, блестящие глазищи, тяжелые черные локоны волос, выразительная, чисто итальянская фигура. Газа здесь, конечно же, не было — но казаки развели прямо в саду костер, поставили на огонь большой котел. С чем с чем — а с котловым довольствием у казаков проблем никогда не было — каша с огромными кусками мяса и сала, дегтярно-черный чай, в котором чуть ли не ложка стоит. В районе боевых действий полагает чарка "от Государя" — но я первым своим приказом категорически запретил употребление спиртного и казаки отнеслись к этому с пониманием. Если подняться на третий этаж — то видно трассеры, то тут, то там распарывающие небо. Стрельба идет почти непрерывно, это уже нормальный звуковой фон здесь.
Для девушки нашлась миска — и она набросилась на дымящуюся кашу как изголодавшийся зверек.
— Кстати, со свининой… — как бы впроброс заметил я по-русски, потому что не знал, как будет "свинина" по-итальянски. Не знаю, поняла она меня или нет — только махнула рукой и с новыми силами налегла на кашу.