– Отпусти меня.
Бишоп убрал с него все четыре руки. Конрад поднялся на ноги, разгладил брюки и поправил галстук.
– Геройская попытка, Гаррисон, но электричество против меня? Увольте! Я работал с электричеством еще тогда, когда Бенджамина Франклина и в планах не было.
Не глядя на Бишопа, Конрад приказал:
– Встань.
Творение Гаррисона послушалось. Надо понимать, это уже не его творение?
– Как ты там выразился, Гаррисон? – Конрад улыбнулся ему медленно и зловеще. – Выпей его. Высоси досуха.
Бишоп двинулся вперед, и Гаррисон понял, что, наконец, выяснит наверняка, каково это – умереть. Странно только, что он встретил смерть не с таким нетерпением, как ожидал.
Глава 9
Винчестеры долго слонялись по лесу за домом Лайла в поисках Двухголового. Теперь, наверняка зная, с чем придется иметь дело, они лучше вооружились. У Дина были с собой «Кольт» и дробовик «Винчестер 1887»; у Сэма – «Беретта» и обрез двуствольного дробовика «Байкал». Дополнительно они прихватили пистолеты, боевые ножи и кучу патронов, а кроме того, по несколько факелов. Франкенпсина вспыхнула, как кучка хвороста, и, хотя братья не знали, будет ли Двухголовый так же хорошо гореть, они решили, что не мешает подстраховаться.
«И потом, – решил Дин, – может, он боится огня, как в тех фильмах. Ну, как там было: «Огонь – плохо!»[17]
Все это время Сэм изо всех сил сдерживал зевоту. Он знал, что брат наблюдает за ним, и не хотел его волновать. Несмотря на то, что он сказал Дину, будто во всем виновата усталость, Сэм и сам начал гадать, не является ли происходящее с ним чем-то большим, чем обычное переутомление. Что бы Сэм ни делал, он никак не мог полностью взбодриться. Кажется, не помогали ни сон, ни многочисленные порции кофе. Он чувствовал себя заторможенным – не только физически, но и умственно: как будто по венам вместо крови текла патока. Сэм беспокоился о том, что, если они найдут Двухголового, он не сможет среагировать достаточно быстро и в итоге подставит брата под удар. Вдобавок укус Франкенпса снова разболелся. Рана ныла на каждом шагу, и приходилось прилагать усилия, чтобы не хромать. Сэм хотел бы осмотреть рану, но не мог сделать это при Дине, чтобы не навести его на подозрения, – а ощущение было такое, что выглядит она уже не так хорошо.
Он вспомнил предположение Дина о том, что его безумие уходит вглубь и поэтому он видит сны о Триш. Если так, может, усталость и боль в ноге – те же симптомы? Укус перестал болеть и хорошо заживал, так с чего ему вдруг начать все с начала? Может, у него снова галлюцинации, только теперь он не видит их, а ощущает?
«Забудь, – велел он себе. – Одна проблема за раз. Сначала пристукнем Двухголового, потом я буду беспокоиться о своей ноге».
– Ненавижу охотиться на новых монстров, – подал голос Дин. – Слишком непредсказуемые.
– А с другой стороны, двухголового четырехрукого голого парня легче заметить, – отозвался Сэм.
– Кстати, об этом. Не мог сумасшедший ученый, который его создал, хотя бы шортами его снабдить? Я в самом деле не горю желанием увидеть, как он, нападая на нас, станет тут своим монструозным членом размахивать.
Поначалу они решили применить ту же технику, что и с Франкенпсом: использовать телефон, чтобы сымитировать плач ребенка, – но потом передумали. Во-первых, Двухголовый только что плотно закусил жизненной энергией Лайла, так что, вероятно, не успел проголодаться. Во-вторых, в отличие от Франкенпса Двухголовый – человек, или, по крайней мере, был им, и сложно сказать, насколько он разумен. Судя по рассказу Лайла, создание вело себя, по меньшей мере частично, как животное: иначе зачем ему средь бела дня рыться в мусоре в поисках еды? Но он должен был сохранить какую-то часть сообразительности, и без влияния голода, побуждающего его игнорировать инстинкты, есть некоторая вероятность, что он распознает в криках ребенка ловушку.
Вот поэтому Винчестеры решили поступить старым добрым способом: бродить по лесу и предлагать себя в качестве закуски, которую Двухголовый – пусть даже сытый – может посчитать заманчивой.
– У него, наверное, есть… есть… – Сэм пытался припомнить слово, но мыслить ясно становилось все сложнее, – логово где-нибудь поблизости. В это время года после наступления темноты довольно холодно, и ему нужно где-то укрываться по ночам.
Дин взглянул на него, нахмурившись, и Сэм понял, что брат заметил его заминку.
– Скорее всего, это не пещера. Местность тут неподходящая. Я бы предположил старый сарай или заброшенный дом.
– Звучит неплохо. Я имею в виду, нужно присматриваться…
Сзади хрустнула ветка. Звук был отнюдь не громким, и кто-то, вероятно, не обратил бы на него внимания, но у Сэма с Дином инстинкты за годы были отточены до бритвенной остроты. Они одновременно развернулись, вскинув оружие…