Выбрать главу

Айрис ДЖОАНСЕН

ВСЕ, КРОМЕ КРАСНЫХ РОЗ

1

Когда шины ее старенькой «Тойоты» знакомо зашуршали по гравию подъездной дорожки, она поняла, что дома, что можно наконец расслабиться. Дом, в котором она прожила все свои двадцать три года, словно излучал атмосферу уюта и безмятежности. Один вид этого старинного особняка, выстроенного в викторианском стиле с характерными башенками, белыми рамами окон и витражными стеклами, мог успокоить натянутые до предела нервы девушки. Кори выбралась из машины, быстро прошла по дорожке между цветочными клумбами и взбежала по ступенькам лестницы.

У входа она остановилась и несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь вернуть самообладание. Еще не хватало, чтобы тетя Элизабет тоже страдала из-за вздорного характера Селии Беттанкур! Если не взять себя в руки, тетя обязательно заметит, что она расстроена. И не надо обладать для этого особым даром предвидения.

Кори открыла дверь, и на нее сразу же пахнуло приятным ароматом имбиря. Она прошла в просторную кухню и с удивлением обнаружила, что пряный запах поднимает настроение.

Тетя Элизабет стояла у плиты, покрывая чудесный пряник сахарной белой глазурью. На секунду она подняла голову и ласково улыбнулась племяннице.

– Здравствуй, дорогая. Что-то ты сегодня рано? – рассеянно спросила тетушка, опуская лопатку в глазурь.

– Вечером я приглашена к Беттанкурам, и мне нужно переодеться, – ответила Кори, подходя к столу и усаживаясь в любимое полосатое кресло.

– Ах да, я совсем забыла, что банкет назначен на сегодня, – заметила Элизабет Ледфорд. Затем, с интересом посмотрев на племянницу, она спросила:

– А в чем ты собираешься пойти?

– Еще не решила, – уклончиво ответила Кори. И, зная, какое предложение сейчас последует, поспешила добавить:

– Я вижу, ты опять в одеянии мадам Зары. – Ее фиалковые глаза насмешливо блеснули. – Для кого же ты смотрела в свой хрустальный шар на этот раз?

Элизабет со спокойным удовлетворением оглядела свой балахон темно-синего, почти черного цвета, расшитый серебряными звездами и полумесяцами. Постоянное подтрунивание племянницы не мешало ей считать, что этот причудливый наряд помогает настраивать клиентов на нужный лад.

– Пекинес Милдред Харрис убежал вчера ночью. Она была ужасно расстроена.

Кори макнула палец в чашку с глазурью. Медленно облизывая палец, она усмехнулась.

– Молодец! Я бы на его месте тоже сбежала, если бы меня так допекали заботами и вниманием. Несчастное животное! И что, ты его нашла?

Элизабет укоризненно покачала головой.

– Я хотела бы видеть свою племянницу более снисходительной. Этот пекинес – единственное дорогое существо, которое у Милдред осталось после смерти мужа. Нельзя над ней подшучивать, даже если она иногда в чем-то переусердствует. В конце концов, все это простительно в ее возрасте.

Кори не сдержала улыбки. Элизабет Ледфорд была лет на шесть старше Милдред Харрис. Ей исполнилось семьдесят три года, но она словно не замечала своих лет. Стройная спортивная фигура, чудесная кожа, почти без морщин, голубые, со смешинкой, глаза, шапка волос. Нет, эту женщину нельзя было назвать старой!

– Я искренне раскаиваюсь. Покорнейше прошу прощения, – торжественно произнесла Кори. – Так ты нашла собаку?

– Ну разумеется, – невозмутимо ответила тетка. – Он оказался в подвале, его нечаянно заперли там, когда Милдред доставала персиковое варенье. Так что он никуда и не убегал. Я сказала, где его следует искать, и Милдред сразу же поспешила домой, чтобы его выпустить.

– Интересно, удалось ли ей выманить его оттуда? Он, должно быть, наслаждался одиночеством, – сказала Кори улыбаясь.

Она ни секунды не сомневалась, что собака окажется именно там, где сказала тетя Элизабет. Еще ребенком она воспринимала как само собой разумеющееся то, что тетя «видит», где лежит забытая кукла или где она потеряла любимую ленту. Однажды Элизабет сказала племяннице, что та в ближайшие дни может сломать руку, но этого пугаться не следует, так как она вскоре поправится. Кори даже не удивилась, когда через пару дней веревка качелей оборвалась и она упала. С переломом руки ее отвезли в больницу.

Пока Кори не пошла в школу, она была уверена, что все взрослые обладают даром предвидения. Но вскоре девочка обнаружила, что тетя Элизабет – «не такая». Когда какой-то шалопай назвал ее тетю ведьмой, Кори так отделала его, что тот с разбитым носом побежал жаловаться учительнице. Однако она поняла, что со всеми драться невозможно, и довольно быстро научилась держать себя в руках. Холодное безразличие стало ее защитой. Интересно, почему оскорбления в адрес тетки задевали ее сильнее, чем насмешки над собственным происхождением? А потому, что Элизабет, в своей бесконечной мудрости, ее подготовила к этому. Что же касается своих способностей, то тетушка не воспринимала их как нечто особенное. Она не сочла нужным объяснить племяннице то, что одни люди боятся ее «дара», другие относятся скептически, третьи – с безразличием. Но есть и те, кто верил ей. Им она помогала. В течение долгих лет Кори приходилось молча сносить обвинения в адрес тетки. Только со временем она осознала всю исключительность ее способностей и перестала удивляться реакции окружающих.

Элизабет посмотрела на девушку и мягко улыбнулась.

– Ну а теперь расскажи мне, что случилось. Почему ты пришла так рано?

– Я же сказала, мне надо переодеться… – начала было Кори и виновато умолкла. Проведя рукой по иссиня-черным волосам, она тряхнула головой и грустно посмотрела на тетку. – Знаешь, я так расстроилась сегодня! Я понимаю, конечно, не стоит обращать внимания… Но Селия Беттанкур была невыносима! – Кори скривила губы. – Я отдала бы что угодно, лишь бы мистер Беттанкур направил свою дочку учиться в любой другой отдел универмага!

Элизабет повернула блюдо, чтобы равномерно распределить глазурь.

– То, что он захотел, чтобы она училась у тебя, совершенно естественно, – спокойно заявила она. – Каждый отец хочет для своего ребенка самого лучшего. Кто, как не Уолтер Беттанкур, знает, что твой «Бутик трав и парфюмерии» – лучший среди всех магазинов его торгового центра.

Кори и сама знала, что это так. Тетка права. Последние пять лет ей приходилось работать, не щадя себя, чтобы обеспечить успех магазина.

– Я думаю, для нас обеих было бы лучше, чтобы Селия училась у кого-то другого, – мрачно заметила она. – Мы никогда не ладили, даже в детстве. Она стала на редкость заносчивой, когда вернулась из Швейцарии, после окончания школы. Она не упускает случая уколоть меня.

– А ты не задумывалась над тем, что Селия, возможно, страдает ничуть не меньше тебя? – спросила Элизабет, задумчиво глядя на племянницу. – Ведь ревность и сродни ей зависть – разрушительные чувства. Иногда они просто сжигают человека изнутри.

– Зависть? Ревность? – Кори посмотрела на тетю, не веря собственным ушам. – Ты, наверно, смеешься! Ее отец – самый богатый человек в городе! Да и вообще у Селии все в жизни складывается удачно.

– Разве? – спросила тетка. – Не знаю, не знаю. Ты можешь оказаться очень опасной соперницей для любой женщины, дорогая. Ты удивительно хороша. И потом, ты обладаешь той загадочной внешностью, которая позволяет обольщать королей. – Она опустила глаза. – Кроме того, у тебя есть то, за что Селия много бы отдала.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Кори.

– Уважение и симпатия Уолтера Беттанкура, – тихо ответила тетка. – Селия знает, что отец ценит не только твои деловые качества, но искренне привязан к тебе. Ее это очень раздражает, ведь к ней он относится совсем не так.

– Да она для него – свет в окошке! – возразила Кори.

– Если бы! Селия его дочь, – согласилась тетка. Лицо ее выражало сочувствие. – Но не друг. Дружбу всякий должен заслужить сам. Видимо, Селия этого еще не поняла. Может быть, она думает даже, что ты украла у нее дружбу отца.