И приехал господин[45] к Юрьеву, и далеко до Юрьева его встретили бургомистры, и ратманы[46], и священники с крестами, и множество народа из того города, и оказали ему большие почести.
Город же Юрьев большой, построен из камня, здания в нём замечательные, и мы, не видевшие таких раньше, удивлялись; в городе много также церквей и больших монастырей. И есть в нём один женский монастырь, устроенный по их обычаю, весьма замечательный: монахини никогда не выходят из того монастыря, а постригаются в нём только девицы, и поэтому они называются святые девы; одежда же у тех черниц — рясы и мантии, белые как снег, а на головах их чёрный венец, а поперек главы крест, а поверх всего покрывала, тоже белые, как снег; и из мирян никто к ним не ходит, только мы были у них с господином и, видев их жизнь, удивлялись. С той стороны, откуда мы приехали, река огибает город; и есть у них горы, поля и сады красивые. Церквей же православных у них две: святого Николы и святого Георгия; православных же мало.
А от Юрьева до города Риги двести пятьдесят верст, и по пути от Юрьева к Риге мы видели много городов. И ехал митрополит через город Вольмар, и встретили его знатные господа за день пути до Риги; и когда приблизились к городу, встретили его архиепископ Тимофей[47], и архимандрит Захарий, и бургомистры, и ратманы, и всё население города с трубами, и свирелями, и скрипками, с великими почестями.
А приехал в Ригу 4 февраля, в день святого Исидора, до обеда. В городе же его встретили с крестами попы и весь народ и были ему очень рады. И ел господин у архиепископа; и владыка Авраамий и Фома, тверской посол[48] сидели за одним столом с митрополитом и архиепископом, а мы — за другим; и тут видели почести большие, и вина различные были. И здесь господин пробыл восемь недель.
И затем митрополит поехал к морю на корабле, и проводили его с великими почестями; и поехали из Риги к морю по реке Двине 5 мая, в день мученицы Ирины. Пробыв день на берегу моря, он затем на корабле поплыл по морю в среду четвёртой недели после Пасхи, в праздник Преполовения (7 мая). И только один день был попутный ветер. Затем, по прошествии немногих дней, внезапно, в полночь, налетела на нас буря, хотя ветра и не было, корабль захлёстывало волнами так, что даже верхняя надстройка на нём заливалась водой. Мы же все, отчаявшись в жизни, восклицали: «Увы! погибаем». Но так продолжалось недолго, и никогда больше такой бури не бывало. Вслед за бурей на море наступила тьма и ветер не веял. И немцы начали роптать: «Не из-за нас это случилось, но из-за православных». И пришли немцы к господину, говоря: «Видишь ли ты, какая случилась беда — наступила тьма и прекратился ветер; а тут поблизости скалистый остров Готланд, около которого грабят пираты. И поэтому мы пришли просить тебя: помолись богу, а мы будем молиться по-своему». Тогда господин призвал владыку Авраамия, и тверского посла Фому, и архимандрита Вассиана, и всех своих бояр, и сказал: «Епископ, помолись богу». И господин начал молебен святой богородице Одигитрии со своими греками по-гречески, а владыка Авраамий по-своему, по-русски. И стала тьма расходиться — уже было к вечеру,— и подул попутный ветер: и с тех пор мы не знали никаких бед. И по прошествии многих дней увидели берег и благополучно достигли гавани.
Девятнадцатого мая, в понедельник, в день святого мученика Патрикия, митрополит спустился с корабля, и когда сошёл на пристань, его встретили там бургомистры и ратманы. От славного города Любека по морю тысяча верст, а по берегу полторы тысячи. И встречавшие прибыли с двадцатью возами, и мы сели на них и поехали к городу; и когда мы были уже близ города, нас встретило много народа.
И увидели мы прекрасный город: тут были и поля, и небольшие холмы, и сады красивые, и замечательные дома с позолоченными фронтонами, и монастыри в нём были также весьма замечательные и большие; и товаров всяких было в нём полно. А вода подаётся в него, течёт по трубам по всем улицам и бьёт из фонтанов — студёная и вкусная. И когда митрополит посещал храмы в праздник Вознесения (22 мая), мы видели священные сосуды, золотые и серебряные, и множество мощей святых. И тут пришли монахи и начали звать господина посмотреть их монастырь. И когда он пришёл, показали ему бесчисленное множество священных сосудов и дорогих златотканых риз, украшенных драгоценными камнями и жемчугом. И увидели здесь необычайное диво[49], которое умом нельзя постигнуть и словами описать: просто, как живая, стоит Пречистая и держит на руках младенца Спаса; и как зазвенит колокольчик, слетает ангел сверху, неся в руках венец, и возлагает его на Пречистую; и идёт звезда, как по небу; и вслед за звездой идут три волхва, а перед ними — человек с мечом, а за ними человек с топором; и несут дары Христу, золото, и благовония, и миро, и подходят к Христу и богородице, и кланяются; Христос же, обернувшись, благословляет их и хочет взять дары руками, играя, как дитя, у богородицы на руках; они же кланяются и отходят; и ангел взлетает вверх, взяв венец. Затем привели нас туда, где лежат их книги, и видели более тысячи книг, и всякое добро несказанное, и всякие искусные вещи, и палаты чудесные. И ввели нас в свою трапезную, и принесли различные вина, и много разных сладостей; и тут оказали господину великие почести. И потом увидели мы — на реке, на расстоянии ста сажен от монастыря, устроено колесо, которое забирает воду[50], и из реки и направляет её во все дома. И на том же валу находится малое колесо, которое мелет и валяет красивые сукна. Тут же видели в здании двух диких зверей, прикованных цепями около окна.
49
Рассказывается о представлении на один из евангельских сюжетов, возможно, с куклами, приводимыми в движение механизмом.
50
Рассказывается о водозаборном устройстве, подававшем воду в водопровод, мукомольню и сукновальню.