А брат султана сидит на золотых носилках, над ним балдахин бархатный, а маковка — золотая с яхонтами, и несут его двадцать человек.
А махдум сидит на золотых же носилках, а балдахин над ним шёлковый с золотой маковкой, и везут его четыре коня в золотой сбруе. Да около него людей великое множество, да перед ним певцы идут и плясунов много; и все с обнажёнными мечами да саблями, со щитами, дротиками да копьями, с прямыми луками большими. И кони все в доспехах, с саадаками. А остальные люди нагие все, только повязка на бёдрах, срам прикрыт.
В Бидаре луна полная стоит три дня. В Бидаре сладкого овоща нет. В Индостане большой жары нет. Очень жарко в Ормузе и на Бахрейне, где жемчуг родится, да в Джидде, да в Баку, да в Египте, да в Аравии, да в Ларе. А в Хорасанской земле жарко, да не так. Очень жарко в Чаготае. В Ширазе, да в Йезде, да в Кашане жарко, но там ветер бывает. А в Гиляне очень душно и парит сильно, да в Шамахе парит сильно; в Багдаде жарко, да в Хумсе и в Дамаске жарко, а в Халебе не так жарко.
В Сивасской округе и в Грузинской земле всего в изобилии. И Турецкая земля всем обильна. И Молдавская земля обильна, и дёшево там всё съестное. Да и Подольская земля всем обильна. А Русь (бог да сохранит! Боже, сохрани её! Господи, храни её! На этом свете нет страны, подобной ей, хотя эмиры Русской земли несправедливы. Да устроится Русская земля и да будет в ней справедливость! Боже, боже, боже, боже!).
Господи, боже мой! На тебя уповал, спаси меня, господи! Пути не знаю — куда идти мне из Индостана[134]: на Ормуз пойти — из Ормуза на Хорасан пути нет, и на Чаготай пути нет, ни в Багдад пути нет, ни на Бахрейн пути нет, ни на Йезд пути нет, ни в Аравию пути нет. Повсюду усобица князей повыбивала. Мирзу Джехан-шаха[135] убил Узун Хасан-бек, а султана Абу-Саида[136] отравили, Узун Хасан-бек Шираз подчинил, да та земля его не признала, а Мухаммед Ядигар[137] к нему не едет: опасается. А иного пути нет. На Мекку пойти — значит принять веру бесерменскую. Потому, веры ради, христиане и не ходят в Мекку: там в бесерменскую веру обращают. А в Индостане жить — значит издержаться совсем, потому что тут у них всё дорого: один я человек, а на харч по два с половиной алтына в день идет, хотя ни вина я не пивал, ни сыты.
Крепостные ворота Бидара. 1424 год.
Мелик-ат-туджар взял два города индийских[138], что разбойничали на Индийском море. Семь князей захватил да казну их взял: вьюк яхонтов, вьюк алмазов, да рубинов, да дорогих товаров сто вьюков, а иных товаров его рать без числа взяла. Под городом стоял он два года, и рати с ним было двести тысяч, да сто слонов, да триста верблюдов.
В Бидар мелик-ат-туджар вернулся со своею ратью на курбан байрам, а по-нашему — на Петров день. И султан послал десять везиров встретить его за десять ковов, а в кове — десять верст, и с каждым везиром послал по десять тысяч своей рати да по десять слонов в доспехах.
У мелик-ат-туджара садится за трапезу каждый день по пятьсот человек. С ним вместе за трапезу садятся три везира, и с каждым везиром по пятьдесят человек, да ещё сто его бояр ближних. На конюшне у мелик-ат-туджара две тысячи коней да тысячу коней осёдланными день и ночь держат наготове, да сто слонов на конюшне. И каждую ночь дворец его охраняют сто человек в доспехах, да двадцать трубачей, да десять человек с барабанами, да десять бубнов больших — бьют в каждый по два человека.
Низам-ал-мульк, Мелик-хан да Фатхулла-хан взяли три города больших[139]. А рати с ними было сто тысяч человек да пятьдесят слонов. И захватили они яхонтов без числа да других драгоценных камней множество. И все те камни, да яхонты, да алмазы скупили от имени мелик-ат-туджара, и он запретил мастерам продавать их купцам, что пришли в Бидар на Успенье.
134
Никитин пишет о том, что войны и усобицы закрыли все возможные пути возвращения на Русь: через Иран и Среднюю Азию, Бахрейн и Багдад, Мекку.
135
Джехан-шах — тюркский правитель (1436—1467), овладевший частью Азербайджана, Армении, завоевавший Западный Иран, соперник Узун Хасана.
136
138
Речь идёт о войне 1469—1472 гг., которую вёл Бахманидский султанат против индусского государства Виджаянагар, и о взятии двух городов — Гоа и Сангамешвара (западное побережье). В индийских хрониках отсутствуют данные о характере и размерах добычи, взятой войсками Махмуда Гавана (мелик-ат-туджара), они приводятся лишь Афанасием Никитиным. Далее упомянуто о двухлетней осаде крепости Келна в начальный период войны. Никитин даёт сведения о численности осаждающих войск, отсутствующие в других источниках.
139
В ходе войны 1471—1472 гг. полководцы Бахманидского султаната взяли три крепости Телинганы в восточной части Деканского полуострова. Лишь у Афанасия Никитина сообщается о скупке Махмудом Гаваном драгоценных камней из добычи.