Амброджо Контарини Из «Путешествия в Персию»
Амброджо Контарини принадлежал к одному из древнейших и знатнейших патрицианских родов Венеции, известных о Ⅸ—Ⅹ веков. В 1474—1477 годах он совершил путешествие в Персию в качестве посла Венецианской республики. Первое издание сочинения А. Контарини вышло через 10 лет по его возвращении, в 1487 году. Труд публиковался также в 1543 и 1559 годах.
Возвращаясь на родину, он в течение четырёх месяцев находился в Москве (с 25 сентября 1476 г. по 21 января 1477 г.). Обратный путь Контарини из Персии в Италию частично совпадал с начальным участком пути Афанасия Никитина «за три моря»: венецианский посол двигался через Кавказ, от Дербента по Каспийскому морю, затем вверх по Волге от Астрахани, далее по лесам и степям до Оки.
Рассказ А. Контарини имеет форму путевых записей, которые он аккуратно и старательно, с точным указанием дат вёл на протяжении своего путешествия.
Как отмечает Е. Ч. Скржинская, своё сочинение Контарини написал просто, иногда наивно, без размышлений, без сопоставлений и исторических экскурсов; по его труду можно вполне судить, в каких условиях, с затратой какого большого времени и сил ездили послы в разные наиболее труднодостижимые, отдалённые страны.
Записи Контарини не носят систематического характера, тем не менее он сообщает ряд интересных сведений о естественных ресурсах страны, особенно продуктах питания, климате (сильные морозы особенно поражали жителей Западной Европы), даёт описание Москвы.
Особую ценность имеет его повествование о приёмах у московского великого князя Ивана Ⅲ, на которых преобладала атмосфера мирного и дружелюбного отношения Москвы к Венецианской республике.
Несмотря на краткость сообщений, они способствовали ознакомлению западных стран с самым значительным в Европе, но ещё недостаточно известным государством, созданию его позитивного образа.
Публикуется фрагмент текста по изданию: Барбаро и Контарини о России. Л., 1971.
Перевод Е. Ч. Скржинской.
§ 27. Наконец, когда это было угодно богу, мы вступили на землю России. Это произошло 22 сентября [1476 г.]. В лесу попались нам несколько человек русских из окрестных деревушек. Услышав, что в нашем отряде находился Марк[154], жители, которые были в ужасном страхе перед татарами, вышли и поднесли ему немного сотового мёда. Марк угостил им меня, что было просто необходимо: ведь мы едва двигались и дошли до крайнего состояния, так что с трудом держались на лошадях.
Мы уехали отсюда и прибыли в город, называемый Рязань; он принадлежит князьку, жена которого[155] приходится сестрой великому князю московскому. Дома в этом городе все деревянные, так же как и его кремль. Здесь мы нашли и хлеб, и мясо в изобилии, и даже русский напиток из мёда; всем этим мы хорошо подкрепились.
Уехав отсюда, мы двигались непрерывно по огромнейшим лесам и только к вечеру нашли русскую деревню, где и остановились; тут мы несколько отдохнули, потому что нам показалось, что это место было, с божьей помощью, безопасно.
Затем мы приехали в другой город, называемый Коломной и расположенный около реки Мостро. Здесь есть большой мост, по которому переходят эту реку, а она впадает в Волгу.
Уехали мы и отсюда. Марк послал меня вперёд, потому что весь отряд должен был прийти позднее.
§ 28. Итак, 26 сентября [1476 г.]. Мы с пением молитвы «Тебе бога хвалим» и вознося благодарения богу, который избавил нас от множества бед и опасностей, вступили в город Москву, принадлежащий великому князю Иоанну, властителю Великой Белой Руси.
Всю ту огромную вереницу дней, пока мы ехали по степи — а это было с 10 августа, когда мы вышли из Астрахани, и до 25 сентября [1476 г.], когда мы вошли в Москву,— мы готовили пищу, за неимением дров, на навозе. Теперь же, когда в полной сохранности мы попали в этот город и нам была предоставлена от Марка одна комнатка и ещё небольшое помещение для всех нас и для лошадей, то это жилище, хотя и маленькое и плохое, показалось мне после всего перенесённого настоящим дворцом, большим и благоустроенным.
27 числа того же месяца и года прибыл в город Марк. Вечером он явился ко мне и преподнёс в дар продовольствие (город им изобиловал; об этом я скажу ниже), успокаивая меня и убеждая чувствовать себя свободно, будто я нахожусь в собственном доме. И это он сказал от имени своего государя. Я поблагодарил его, как мог и умел.
§ 29. 28 числа я пошёл к Марку и, так как я хотел уехать на родину, я попросил его представить мне случай говорить с великим князем. Марк выполнил это, потому что через короткое время государь прислал позвать меня. Придя и совершив обязательную церемонию приветствий, я поблагодарил его высочество за добрую компанию, которую составил мне его посол Марк. Об этом я мог говорить с полной искренностью, так как много раз бывал спасаем Марком от величайших опасностей; кроме того, хотя эти услуги были оказаны лично мне, его высочество имел полное основание полагать, что они одновременно были направлены и на мою светлейшую синьорию, послом которой я являлся.
154