Боль стала счастьем. Счастье стало болью.
Боль стала уютной, и этот уют был блаженством.
Глава тринадцатая. Блю
Четвертый курс,
четвертая неделя – настоящее время
– Я не буду с ним больше разговаривать, – заявила я, маленькими глотками попивая из бокала розовое просекко. – Никогда больше.
– У тебя с ним общие занятия, – напомнил Картер.
– Две раза в неделю, Блю, – добавила Фон.
Мы сидели в кабинке на обтянутых кожей диванчиках в задней части ресторана с фьюжн-кухней [14] «Теладела». Фон настояла, чтобы мы ее попробовали, и не принимала никаких возражений.
Я закатила глаза.
– И что? – спросила я.
– Еще раз повтори, что он такого сделал. – Картер схватил свою кружку с пивом и критически смотрел на меня. Или, может, это было сочувствие. Я никогда не могла их отличить.
Если честно, мне не хотелось вспоминать события прошлой недели. Они меня смущали. Мне было неловко.
Как Джейс посмел со мной так разговаривать? Что я ему сделала? Я говорила комплименты, высказывалась прямо, действовала решительно. Мои намерения были кристально чисты.
Я подготовила идеальную историю. Я все сделала правильно. Тем не менее он вел себя холодно и сдержанно. «Я не заметил», – заявил он, когда я извинилась за то, что не написала ему ни одного сообщения.
Он совсем обо мне не думал.
– Я действую ему на нервы, и теперь он не хочет иметь со мной никаких дел. – Я пожалела, что произнесла это вслух. Если что-то говоришь вслух, то это становится очень реальным.
Фон прищурилась и теперь смотрела на меня, как Картер.
– С чего бы ему тебя ненавидеть? Ты милейший человек.
– Так далеко я бы не заходил, – ухмыльнулся Картер. Я знала, что он так говорит из любви ко мне. По крайней мере, я так думала.
Мы все рассмеялись, но это не ослабило моей озабоченности. Мне чего-то не хватает? А я ему вообще понравилась, для начала? О боже, все это было у меня в голове, не правда ли?
– Народ, я не хочу ставить себя в неловкое положение. Вероятно, я вела себя слишком дерзко.
Я поняла, что говорю бессвязно, но не могла остановиться. Мне хотелось, чтобы кто-то выслушал мои самые потаенные мысли. Я больше не могла оставаться с ними одна.
– Мне следует побольше молчать? Вести себя потише? Мне следует выбрать другой подход?
– Вау, вау, вау, Блю… – Картер склонился ко мне и положил руку поверх моей. Моя рука тряслась. Я сама тряслась. – Чего тебя сейчас так понесло?
По ощущениям эти слова напоминали пощечину.
– Ничего меня не понесло.
– Ты немного завелась, моя маленькая. – Фон взяла мою другую руку в свою. – Почему ты всегда ожидаешь самое худшее?
До того, как я успела ответить, снова заговорил Картер:
– Ты проецируешь, Блю. Ты видишь то, что хочешь видеть.
– Зачем мне, черт побери, хотеть, чтобы меня отвергли, Картер?
– Я не думаю, что ты этого хочешь. Я думаю… – Он посмотрел на Фон. – Я думаю, что согласен с ней. У тебя был печальный опыт, целая цепь дерьмовых событий одно за другим, поэтому ты не ожидаешь, что в этом случае все сложится по-другому.
– Нет, сложится.
– Вот видишь! – Фон ущипнула меня за запястье. – Видишь?
У меня горели щеки. Может, я на самом деле проецировала. Может, я на самом деле видела то, что хотела видеть. Но как мой несчастный, маленький мозг мог сделать это со мной? Я хотела только, чтобы меня любили.
Я заслужила это. Мир мне кое-что должен.
– Что мне делать? – спросила я. Прозвучало, как отчаяние. Я умоляла дать мне совет, подсказать выход. – Отказаться от него?
– Почему этот парень так тебе нужен, Блю? – спросил Картер. – Ты с ним знакома всего месяц.
Очень хороший вопрос, черт побери.
Я в уме составила список за и против в тот день, когда впервые его увидела, и снова после кофе. Если честно, то против было больше, чем за. Желание кого-то завоевать давило все остальное. Так было всегда.
За: он сексапильный, он высокий, он таинственный.
Против: ему двадцать один год. Мне двадцать три. Определенно есть кое-какие проблемы из-за разницы в возрасте. Он ничего не говорит, он ничего не выкладывает, он немного… скучный? Нет, это неподходящее слово. Примитивный? Разобраться с этим позднее. Я не знаю его чувств ко мне. Я не знаю, получится ли у меня хоть когда-нибудь это выяснить. Когда он проходит мимо, на него заглядываются все девушки. Я думаю, он притворяется, что этого не замечает. Я это в нем вижу. Я не могу встречаться с таким человеком. Я даже не хочу.