Когда отлучение имело правовой характер, за которым автоматически следовало состояние покаяния, то добровольный выход отличался от отлучения тем, что не сопровождался обязательным покаянием. Отказ от правового понимания отлучения влечет за собой отказ от правового понимания выхода из Церкви. Все добровольно ушедшие находятся для Церкви в том же состоянии, как и отлученные. Для них, как и для отлученных, сохраняется возможность обратного возвращения к активной жизни в Церкви через покаяние. С человеческой точки зрения, покаяние для них является менее возможным, чем для отлученного, так как их духовное состояние характеризуется именно тем, что оно исключает, по крайней мере для ближайшего времени, момент покаяния, но человеческое суждение не всегда совпадает с суждением Божиим. Евангельский блудный сын добровольно покинул отца. Если первое время он духовно и противился покаянию, то потом настал час, когда покаяние стало для него такой же потребностью, как сама жизнь.
Таким образом, отлучение от Церкви, куда входит и добровольный выход из нее, означает отделение от Евхаристического собрания той церкви, к которой отлучаемый принадлежит. Как прекращение участия в Евхаристии отлучение является лишением церковного общения и потерей принадлежности к Церкви. Через эту потерю прекращается возможность участия в собраниях всех остальных местных церквей. Активная жизнь в Церкви отлученного прекращается, так как она ни в чем не может проявиться. Отлучение есть состояние потенциальной принадлежности, которая вновь может найти свою активную форму только в случае допущения отлученного к участию в Евхаристическом собрании.
Примечания
1. J.L. Leuba в своей во многих отношениях замечательной книге L´institution et l´evenement (Институция и событие) (Neuchatel, 1950) недостаточно оттенил эту особенность церковной жизни. Каждая institution живет Духом, через которого она создается, и каждый evenement может иметь место только в Церкви.