В «исследовании» М. Фридберг пытается как-то обосновать ответ на вопрос, почему «у подлинных представителей советской литературы мало шансов увидеть свет в Америке». Советолог лицемерно отвергает саму возможность существования в США «черного антисоветского заговора вокруг советской литературы» и оскорбленно называет подобные обвинения «инсинуациями».
Но, увы, тут же вынужден признать: «…остается фактом, что многие советские писатели, популярные у себя в стране и даже создавшие немало бестселлеров, практически неизвестны у нас по самым разным причинам».
Годом ранее, в 1980 году, в докладе «Опыт Хельсинки: доступность советской литературы в США», подготовленном Фридбергом по заданию спецслужб к Мадридскому совещанию, советолог прямолинейно и без обиняков заявлял, что произведения советских писателей, которые «получили государственные премии… вряд ли найдут западного издателя».
М. Фридберг успокаивает главную антикоммунистическую пропагандистскую службу США: «Как не без оснований считается здесь (кем? Где и когда это доказано? — А. Б.), большинство из них (то есть из книг советских писателей. — А. Б.) мало интересны для американских читателей». Ибо, упрямо твердит советолог, современная советская проза — «дешевая», поэзия — «незамысловатая», драматургия — «стандартная». Кроме того, оказывается, он обнаружил еще и «невыразительность художественной манеры», и «непомерную стыдливость в трактовке секса», а главное — ни в одном из названных им произведений ему не удалось обнаружить того «политического звучания», которое антикоммунистическая пропаганда могла бы использовать в своих целях.
В книге «Десятилетие эйфории» М. Фридберг утверждает, что в СССР нет ни одного магазина, где можно было бы купить в оригинале книгу, изданную на Западе. Он повторил и усилил эту мысль в пропагандистском докладе «Опыт Хельсинки» в 1980 году, в котором прямо сказано: «Американские книги не разрешают продавать в СССР населению. Правда, таких классиков американской литературы, как Гекльбери Финн (так в тексте. — А. Б.) или рассказы О’Генри, можно купить в СССР на языке оригинала, но в советском исполнении» (с. 20—21).
И опять, увы, советолог врет. И знает, что врет. По крайней мере не может не знать, если следит за советской прессой. Уже многие годы существует в СССР практика закупки у зарубежных издательских фирм книг для продажи населению СССР. Ныне, как отмечал Председатель Госкомиздата СССР, «литература зарубежных стран продается в двухстах магазинах. Московский магазин «Дружба», например, предлагает читателю двенадцать тысяч названий книг из социалистических стран. А в Московском Доме книги сегодня насчитывается около четырех тысяч названий изданий, выпущенных в капиталистических и развивающихся странах»[115].
В числе этих четырех тысяч немало и произведений американских авторов, изданных в США. Кроме того, в Москве на улице Веснина есть магазин, где торгуют в основном книгами, изданными зарубежными издательствами. Или, например, широко известен букинистический магазин иностранной книги на улице А. Толстого…
О принципах отбора иностранной литературы для продажи населению СССР рассказал недавно еженедельник «Книжное обозрение». В нем писалось: «Книги закупаются на основе изучения читательского спроса. В разных городах страны проводятся выставки отдельных издательских фирм капиталистических стран. Читатели оставляют открытки на заинтересовавшую их литературу. Эти открытки собирают книготорги, а в Москве — представители «Москниги». Заказы обобщают и передают в «Союзкнигу». Регулярно все страны и фирмы присылают в «Союзкнигу» каталоги, на основе которых также производится отбор литературы»[116].
Конечно же, выбор книг осуществляется в строгом соответствии с советскими законами, которые запрещают распространять печатные издания, пропагандирующие антикоммунизм, войну, милитаризм, расовую ненависть, насилие, порнографию. Ремесленными, низкопробными поделками на подобные темы завалены книжные рынки Америки. Они выполняют там свою классовую задачу, отвлекая внимание населения от острых социальных вопросов безработицы, бесправия трудящихся, они направлены на разжигание вражды между расами и нациями, на то, чтобы разъединить, расчленить общество, превратить его в скопище запуганных индивидов, боящихся хозяина, соседа, улицы, а более всего и прежде всего — советских русских, представляемых в этих пошлых, с позволения сказать, сочинениях самыми страшными, алчными и жестокими врагами Америки. Все это не что иное, как примитивная в чистом виде пропаганда антикоммунизма и антисоветизма. И напрасно М. Фридберг становится в позу защитника порносочинений Г. Миллера или антисоветских опусов Аллана Друри. Это фальшивая и лицемерная поза.